Утро выдалось холодным. Все отчетливее ощущалось, что лето подходит к концу, словно завершалась какая-то эпоха. Листьев еще не успела коснуться желтизна, но птицы уже стали собираться на юг. Воздух был наполнен предчувствием осени. Мне казалось, что я даже слышу аромат прелых яблок – чудное дело! До сбора яблок и момента, когда корзинами с ними будет уставлена вся кухня, времени оставалось еще достаточно.
Я закуталась в теплую шерстяную накидку, наброшенную поверх темно-синего платья, поправила волосы, забранные не в привычную косу, а в сложную высокую прическу, и еще раз обошла кабинет отца нервным шагом. Мне не нравилась мрачная атмосфера комнаты с тяжелыми портьерами, массивной мебелью и полным отсутствием книг. Я подошла к столу из красного дуба и, выдвинув из-за него стул с высокой спинкой, присела, продолжая задумчиво осматривать комнату.
Раздался стук в дверь. Я расправила плечи и положила руки на стол, сложив их замочком.
– Войдите.
– Ваше Величество, вы желали меня видеть?
Порог переступил первый советник моего отца и его доверенное лицо – Варвар. Всматриваясь в округлившуюся с возрастом фигуру мужчины, в его располагающие и приятные черты лица, полностью лишенные жесткости, я думала, что это один из немногих случаев, когда имя совершенно не подходит его обладателю. Меня всегда интересовало, почему родители назвали его именно так, но спрашивать о чем-то подобном, даже теперь, в новом статусе, было бы дурным тоном.
– Да, присаживайтесь, пожалуйста, – я указала рукой на стул по другую сторону массивного стола с тяжелым канделябром на нем и тонкой стопкой бумаг.
Варвар принял приглашение и посмотрел на меня выжидающе, но без всякой настороженности.
– Вы верно служили моему отцу, – медленно, тщательно подбирая слова и взвешивая каждое из них, начала я. – Мне бы хотелось отблагодарить вас за преданность.
– В этом нет необходимости, Ваше Величество. Видеть вас на престоле – лучшая награда для меня.
Я не удержалась и приподняла в знак удивления бровь. Варвар усмехнулся, но как-то по-доброму. В этой усмешке мне почудилось что-то теплое, почти отеческое.
– Вы можете счесть мои слова лестью, но я действительно безумно рад, что династия королей-львов продолжилась. Расценивайте это как тщеславие, но не как лесть.
– Думаете, тщеславие меньший грех, чем лесть? – Я внимательно посмотрела на собеседника, изучая его, будто видела впервые. Можно сказать, так оно и было.
– Конечно, Ваше Величество, – не колеблясь, согласился Варвар. – Убежден в этом.
Эта мысль показалась мне интересной, и я пообещала себе подумать на эту тему позже.
– Варвар…
– Вы можете называть меня, Варом, Ваше Величество.
– Прекрасно, Вар… – Я замолчала, все еще колеблясь. Я не сомневалась в решении, но боялась довериться не тому человеку. Я бы попросила о помощи Рока, но знала, что он откажет. Вздохнув, я словно бросилась в ледяную воду. – Вар, я надеюсь, что вы продолжите службу советника, – я дождалась, пока он склонит голову и проговорит положенные слова благодарности и заверения в его верности, – и… выполните мое поручение. О нем никому не стоит знать.
В светло-карих глазах Вара промелькнула заинтересованность, на лицо набежала тень, но он оставался спокойным. Мне показалось, что в его взгляде появилось любопытство опытного игрока, пытающегося разгадать маневр нового соперника.
– Как вы знаете, послезавтра на рассвете должна состояться казнь семьи Воина. – Вар кивнул, и я продолжила: – Я изучила закон самым тщательным образом, – я указала рукой на тонкую стопку бумаг, – и не нашла ни одного упоминания о том, что казнить следует непременно всю семью проигравшего.
– Это интересно, – пробормотал Вар и потянулся к бумагам, – позволите, Ваше Величество?
Он отточенным движением нацепил пенсне на кончик тонкого носа и принялся вчитываться в документы. В его жестах сквозила деловитость и уверенность человека, знающего свое дело.
– Действительно, – спустя какое-то время сказал он, по-прежнему держа бумаги в руках, – конкретики в законе нет.
– Думаю, это позволит мне проявить милосердие и особым указом помиловать его семью, – я говорила сдержанно, но от волнения меня немного мутило. – Я намереваюсь казнить лишь его жену и нерожденного ребенка.
Вар задумчиво коснулся подбородка пальцами, затем неторопливо поправил пенсне. В его серьезных глазах появилась отрешенность, но оно почти сразу уступило место одобрению. Он моргнул и с интересом посмотрел на меня.
– Хорошее решение, Ваше Величество. Вы проявили мудрость.
– Вы так думаете? – спросила я в напряжении.
– Я бы не стал лгать. Мой долг – говорить вам правду и исполнять свои обязанности. Льстецов и лгунов в вашей новой жизни будет достаточно.
Я незаметно выдохнула и немного расслабилась. Вар продолжил, плавность речи у него странным образом сочеталась с твердостью слов:
