Рико снова кивнул, и отряхнув остатки пепла, направился к выходу. Рафран это не харф, и тем более не лошадь. Надо еще придумать как на такого зверя забраться…
Он уже десятый раз обходил по кругу меньшего из двух слонявшихся у границы рафранов и никак не решался подойти ближе. Это существо, даже стоя на четырех лапах, возвышалось над землей локтей на десять самое малое. И ведь странное дело огромные, в локоть длиной когти на передних лапах, совсем не мешали этому зверю, вполне себе комфортно передвигаться по поверхности. Крупные роговые чешуйки покрывали лапы, морду и брюхо рафрана, скрываясь под толстым кожистым покровом где-то на середине боков. Пятерка солидных рогов, короной украшала длинную зубастую морду. Такими же то ли рогами то ли шипами оканчивался довольно длинный хвост.
В отличие от харфов, этот зверь настроен был достаточно флегматично. Его совершенно не интересовали пурпурные силуэты обитателей крепости, а стоило возникнуть чувству голода, как он одним молниеносным движением оказывался рядом с ближайшим харфом, и пузатого уродца тут же настигала весьма незавидная участь.
Больше часа потратив на осмотр издали, Рико все таки решился подойти вплотную и осторожно провел ладонью по чешуйке задней лапы, на всякий случай держась подальше от столь необходимых защитникам когтей. Рафран, казалось не заметил его вовсе. По крайней мере не обратил никакого внимания на любопытного человека. Задача оседлать зверя от этого легче не стала. На такого гиганта с разбега не запрыгнуть. Даже на то чтобы полностью обхватить одну лапу, длины его рук не хватало.
Чешуйки не были гладкими и немного подумав, Рико сбросил сапоги и полез наверх, как на толстое дерево, отчаянно цепляясь пальцами за неровности чешуи и с опаской поглядывая на шипы хвоста, с каждым движением внимательно отслеживая малейшие изменения в настроении зверя. Добравшись до брюха он изо всех сил вытянулся, ухватился за жесткое костяное ребро кожаного покрова спины, и тут же был отброшен шагов на пятнадцать, небрежным взмахом распахнувшегося крыла!
Столь неожиданное открытие настолько шокировало, что Рико, довольно долго сидел изумленно глядя на рафрана, пытаясь как-то уместить в своем сознании факт того, что этакая громадина способна еще и летать!
Следующую попытку забраться на гиганта, Рико предпринимал еще осторожнее, и с передней лапы. Кое как перебравшись с шеи на спину зверя, юноша уселся у самого основания крыльев, поплотнее обхватив ногами гребень спины, и крепко ухватившись руками за костяные выступы крыльев, попытался отыскать поток со сладким запахом светящихся цветов.
Резким порывом теплого ветра его чуть не сбросило со спины рафрана, и перед глазами возникло горное озеро, освещенное по берегу пурпурным светом. Тварь же никак не отреагировала на изменение обстановки. Только склонив голову к самой земле, ковшом огромных челюстей, зачерпнула охапку цветов и с явным удовольствием принялась их пережевывать.
Понаблюдав сверху за неспешным, но планомерным уничтожением цветочной полосы, не менее двух энтимов, Рико заскучал и вдруг подумал, что если он сам убьет рафрана и добудет когти, то в крепости и рисковать никому не придется, а у него гораздо больше преимуществ в такой ситуации, ведь по сути никто из людей не сможет занять столь выгодную позицию вне досягаемости как когтей, так и клыков зверя…
Проверив надежность посадки, он вцепился левой рукой в крыло, но немного подумав, на всякий случай снял ремень и покрепче затянул на своем запястье, пропустив остаток вокруг костяного нароста и самого крыла. Обнажив клинок, он глубоко вздохнул, готовясь к любым последствиям и резко вонзил коготь между чешуек у основания шеи, почти по самую рукоять. Однако тут же понял: чтобы нанести рафрану хоть сколь-нибудь серьезные повреждения его же когтем, нужна как минимум и сила рафрана. Кровь из образовавшейся раны, конечно хлынула, но сдвинуть клинок хотя бы на палец в сторону, сил Рико никак не хватало.
Тварь тем временем дико взревела, и встав на дыбы, во всю ширь распахнула крылья. От падения его спас примотанный к запястью ремень и рукоять клинка, до боли сжатая правой ладонью. Не переставая оглушительно реветь, зверь взмыл в воздух с бешеной скоростью, поднимаясь все выше и выше, чтобы через бесконечно долгую четверть энтима, несколько раз кувыркнуться в воздухе и в головокружительном штопоре ринуться вниз. Два раза в этой безумной карусели, залитая кровью рафрана, правая рука соскальзывала с рукояти, и в панике цепляясь за что только возможно, Рико даже не обратил внимания на боль в переломанной левой руке.
Главное сейчас, от страха не зашипеть! Его шипение на рафранов действует так же как на полковника — бесит и провоцирует на немедленную агрессию. Это он уже проверял у границы. Перемещаться потоками куда-либо с рафраном никак нельзя, отцепить же проклятый ремень, не представлялось возможным. Да и падать в никуда с неизвестной высоты было не менее страшно, чем оставаться на сумасшедшем звере.
