Между Востоком и Западом полностью

Всё благородство тьмы.

А тьма – спасенье от любви,

Когда тебе невмочь:

И запрокинутые лбы

Летят из ночи в ночь.

Прими себя, какой ты есть:

Какой – сейчас и здесь.

Ну, вот, ты стал учеником,

И всё – наоборот:

Теперь ты на краю икон…

Твой конь – солнцеворот!

Но не спеши его вращать –

Учись других прощать.

Учитель – это ученик,

Что спутал все ходы:

Его назад – не починить,

И не стереть следы.

Ему вовеки не сгореть –

Он должен умереть!

Я не умею сочинять,

И это – слава Богу!

И начинаю я кричать,

Чтоб замолчать немного.

Я поднимаю шум игам,

Меня трясёт по кругу:

По всем языческим богам –

По северу и югу.

Я не умею сочинять…

Я должен распадаться,

Чтоб безошибочно считать,

Кому в живых остаться.

Когда ты брошен и забыт,

Когда темно и холодно,

Ты можешь совершить кульбит –

Достать себя, как колокол.

Я не умею сочинять.

Я должен знать, как надо.

Как колокольная печать,

Застывшая канатом.

Я по канату перейду

Туда, где Бог во славе!..

На сковородку попаду,

И выгорю словами!

Чёрный человек

Глядит на меня в упор.

И глаза покрываются

Голубой блевотой, –

Словно хочет сказать мне,

Что я жулики вор,

Так бесстыдно и нагло

Обокравший кого-то.

С. Есенин

Кричат, что я у них украл луну,

И что-нибудь ещё украсть не премину.

И небылица догоняет небылицу.

Не спится мне…ну, как же мне не спиться?!

Нет! Не сопьюсь! Я руку протяну

И завещание крестом перечеркну…

В. Высоцкий

Я – вор у мира на груди:

Я – похищаю все пути.

Я полон мыслей не своих,

И я выбалтываю их.

Я, что услышу, то пою.

Я всё, что свыше, предаю.

Я собираю все верха,

Где Бог под знаменем врага.

Но высшее предать нельзя.

И предают меня друзья…

Что, выйдя к ним из берегов,

Я бесновался от стихов.

Что я украл их свет, как тень,

Что я за край перелетел…

Я – созидающий миры,

Которые – они б могли.

А я сквозь сердце прохожу,

Пока пою, пока грешу.

Пока пишу, пока молю,

Пока – их высшее – люблю.

Я сердце вырвал из груди,

Чтоб не мешало вверх идти!

Я собран, холоден и щедр:

Я не хочу быть жертвой жертв!

«Господи, Боже! –

Пошли они – все!

Петь невозможно –

Полный отсев!..»

Так я ругался.

Так я кричал…

Ветер собрался,

Словно рычаг.

Лопасти ветра

Рвут тишину:

Царство Поэта

Падает в тьму.

Как удержаться,

Чтобы простить

Ветер ужасный –

Собственный стиль?!

Горький мой Ветер,

Бог мой… и грех!

Ты меня метил –

Быть меньше всех!

Как мне вернуться

К прежним друзьям?! –

Мордою ткнуться

Там, где нельзя…

Даже, где пусто…

Даже, где – ложь!

Лучше – беспутство:

В нём ты споёшь!

Только – без грима,

Без головы!

Трещины мира –

Жаждут любви!..

Стану я трещиной

Гор и морей.

Стану я грешником –

Всех фонарей.

Будет по трещине

Ветер звучать.

Смоется прежнее,

Словно печать.

Мы играем в смерть

На морском берегу:

Мы летим из сердц –

В как бы вечный гул.

В как бы вечный звук –

Раньше радости.

Мы летим в листву

Нашей разности.

Там шумит волна

Всеми волнами.

И штормит Луна

Колокольнями.

И над этим – всем

Превышением

Нас встречает смерть –

Воскрешением!

Мы творим миры

Там, где умерли.

Получив дары,

А не уровни.

И кипит покой

Милосердия,

Разрывая кровь

До бессмертия!

Посвятите меня в дураки,

Чтобы сердце легло не с руки

Чтобы рухнула с плеч голова

В незнакомый, как смерть котлован.

Посвятите меня в никого,

Чтобы душу поставить на кон.

Чтобы атомы небытия

Превратились из жестов в меня.

Посвятите меня в этот свет,

Где до тьмы расстояния нет:

Где до ада рукою подать;

Где одна только жесть – благодать!

А потом посвятите меня –

До последнего жеста – Ума…

Всё надрывы, надрывы, надрывы…

Мне бы ночью лирически петь!

Но бросаются свиньи с обрыва,

И гроба начинают звенеть.

Без надрывов – одни комплименты –

Механически светлая казнь,

Где записан я в интеллигенты,

Как в одну из бессмысленных каст.

Всё надломы, изъяны, зажимы…

Весь раздвоен я до пустоты!

Но ревут на распутьях вершины,

И уходят чужие мечты.

Все вершины мои на распутьях…

Мне бы только себя дотерпеть:

Ведь никто просто так не разбудит –

Не заставит метаться и петь.

Я не выбрал своё пораженье –

То мне Бог подарил вразнобой:

К свету – дьявольское воображенье

И великую – к мраку любовь!

Но во мраке, во мраке, во мраке!..

Миг такой сокровенный застыл,

Что уже я не в светлом бараке,

А действительно с Богом – на «Ты».

В мире царственной лени,

В мире буйства любви

Я был лучше и злее,

Чем положено быть.

И, стараясь быть первым

Там, где можно – вторым,

Я терял свои перья,

Превращаясь в нарыв.

Но влюблённый в свободу

До последней тоски,

Я глотал свои годы,

Где душа шла на сгиб.

Я глотал свою гибель

И свободу глотал!

И летела над илом

Настоящая даль…

Берега над рекою,

Где стекает душа,

В «облака» нареку я,

Чтобы взлёт удержать.

Что уплыло – пропало…

Ну, а я – в облаках!

Мне всегда было мало

Быть с законом в ладах.

В хаосе Бога