Затем поезд ушел, и Зен остался в темноте. Шум двигателей постепенно стихал и, когда где-то впереди открылся К-шлюз и состав прошел сквозь него, умолк окончательно. Сухие листья шуршали по платформе, танцуя на ветру от ушедшего поезда, как танцевали в тот день, когда двери «Мечтательного лиса» впервые открылись перед ним. И только сейчас Зен понял, что это вовсе не листья и никогда ими не были: это крохотные иссохшие трупики насекомых.
По пустым пассажирским переходам, через покрытые паутиной турникеты парень добрался до старого запасного выхода. Дверь открылась перед ним. Зен неуверенно вышел на поверхность, где пахло раскаленным металлом и гремел водопад: бесконечные шумные сумерки Разлома.
Он не сразу понял, где оказался. Надел новую гарнитуру в надежде отыскать карту и только тогда обнаружил подарок от Ворона. В гарнитуру были загружены фальшивые паспорта и билеты для Зена, Ма и Мики. Еще там обнаружилась ссылка на банковский счет в местном дата-рафте. Старлинг кликнул по ссылке и оперся на стену, глядя на то, как перед глазами появляются данные о его новых счетах, заполоняя грязную, мокрую улицу целыми тучами нулей.
Конечно, это вовсе не подарок. Все эти деньги Зен заработал сам, украв Пиксис. Это плата за его услуги. Ему вдруг захотелось сорвать гарнитуру и швырнуть ее в ближайший водопад.
Но он так не сделал. Хоть и подумал об этом.
Три дня спустя после катастрофы на Веретенном мосту в К-поезд на станции Разлом сел молодой человек со своей сестрой и матерью. Брат с сестрой несли сумки и рюкзаки, словно собирались в отпуск: возможно, в гости к родственникам в другой район, дальше по линии. Мать выглядела обеспокоенной, молодым людям пришлось уговаривать ее пройти через турникеты на вторую платформу, где уже ждал поезд. На их документах значились имена Ман, Минти и Арундхати Кевала; пассажиры отправились в Золотой Узел. Там все трое сошли на станции и слились с толпой людей, собравшихся отмечать один из местных праздников. Мать по-прежнему казалась взволнованной, дочь удивленно оглядывалась, рассматривая небоскребы и множество линий К-трассы, проходящих между ними, но сын почти не смотрел по сторонам, словно повидал на свете столько всего, что провинциальная транспортная развязка вроде Золотого Узла уже не могла его впечатлить. Он не отводил взгляд от экранов, почти загипнотизированный кадрами с Веретенного моста.
Несколькими часами позже трое пассажиров сели на другой К-поезд. Имена в их паспортах изменились: теперь их звали Джав, Кетна и Сатийя Панассар. Они отправились в обратном направлении, в ту сторону, откуда прибыли ранее, но сошли в этот раз на станции Летний Луг. Сонный белый город дремал неподалеку от путей К-трассы, а в осеннем небе сияли три большие луны. Панассары пересели на местный поезд, который не проходил ни через один К-шлюз, а просто курсировал через весь город по узкоколейной дороге. Белые здания постепенно становились все приземистее. Над крышами появились склоны холмов: там виднелись поля, на которых работали машины по сбору урожая. Поезд пересек виадук, и в поле зрения появилось море. Оно сияло под осенним солнцем, усыпанное скоплениями выпуклых островков, похожих на шляпки полузатонувших грибов. Это были колонии водорослей, поглощающих углекислый газ и выделяющих кислород. В процессе терраформирования планеты все мелководья засеяли миллиардами этих растений, но теперь от них осталось лишь несколько скоплений, чтобы никто не забывал, какой ценой Летний Луг заполучил столь приятную атмосферу.
Панассары сошли с поезда на станции, где воздух пах морем. Маршрутное такси повезло путешественников по спокойным улочкам и остановилось возле дома, купленного на их имя несколько дней тому назад. Их взору открылся тихий частный домик, отделенный от соседей заросшим садом. Стены из стекла и белой керамики. Сухие листья, шуршащие по дну пустого бассейна.
– Вот мы и дома, Ма, – сказал Зен.
– Мы в безопасности, – добавила Мика. – Здесь они нас не найдут.
Мать с подозрением посмотрела по сторонам, но выглядела спокойной. Она всегда вела себя на новом месте так, словно все страхи остались позади, где-то за пределами К-шлюзов.
– Вовсе мы не в безопасности, ведь так, Зен? – спросила его сестра позже, когда мать уснула. Они исследовали дом, большие, залитые солнцем комнаты. Мика зачарованно ощупывала идеально гладкую поверхность мебели из живой древесины. Когда они вышли на террасу, где их ожидал бассейн, она посмотрела на Зена так, словно только что пробудилась ото сна.
– Где ты достал столько денег? Что ты натворил? Тебя кто-то преследует?
Зен пожал плечами.
– Думаю, вы с Ма в безопасности, – сказал он. – Но я тут оставаться не могу.
– Значит, за тобой придут? Тот мужчина, Малик?
– Возможно.
