На моём boosty глав больше. Также не забывайте ставить лайки и подписываться.
«Не спать, не спать…» — без умолку проговаривал я про себя, успокаиваясь тем, что палец пришьют обратно и всё будет чики пуки. — «Набору охуенный врач, он с таким плёвым делом справится на раз два»
Парень же за рулём давил в педаль газа изо всех сил, бегая глазами по дороге, пытаясь не впиздюриться в другие машины или человека. Удавалось ему это довольно неплохо, поэтому грех было торопить его. В этот момент мои мысли были заняты немного другим, а именно планом того, как я буду вычислять таких же ублюдков, как тот чел с пальцами ножами, и какой метод наказания подойдёт для них больше всего.
Подобных ему людей, которые могли просто с нихуя отрезать человеку палец, я не любил от слова совсем. В моей картине мира у каждого действия подобного характера должна быть хоть какая-то более-менее вменяемая причина, иначе ты превращаешься в ничто, как личность. Как ни странно, но эту идею в голову мне вдолбили злодеи, сидевшие вместе со мной в Тартаре. Нет, конечно, там были и кадры подобные этому, но и отношение к ним было подобающее.
Многие попавшие в Тартар злодеи были своего рода мстителями, которые пытались что-то сказать миру. Кого-то гнобили с самого детства, причуду кого-то заклеймили «злодейской» и «опасной», а кто-то просто пытался выжить. У них была мотивация и причины совершить свои поступки, что никак их не оправдывает, но всё же. К сожалению, хотя, наверное, нельзя так сказать, но таких злодеев очень мало. Многие просто были ебанатами, которым нравилось творить бесчинства и убивать.
— Н-нам перекрыли дорогу, — вмешался в мои размышления парень за рулём.
Открыв глаза и посмотрев, что случилось, я увидел несколько ребят из банды жирничей, стоящих впереди на дороге с угрюмыми рожами. По ним было видно, что им только дай повод и они начнут бить нам хлебало. Видать узнали, что машина и водитель из Четырёхпалых.
— Щас, — пробормотал я и опустил стекло, высунувшись немного наружу. — Всё нормально, парни. Пропускайте.
Услышав мой голос, вставшие на дороге парни изменились в лице и с недоумением на роже ушли в сторону. Промчавшись через них, машина продолжила движение прямиком к главному зданию банды, а я снова удобно расположился на заднем сидении. Спустя минут семь тачка, наконец, остановилось, что означало, что мы прибыли к месту назначения.
— Жди тут, — напрягшись вылез я из машины и под настороженными взглядами окружающих медленным шагом зашёл внутрь.
Не теряя времени, дошёл к лифту и спустился на нижний этаж, прямо в лабораторию Набору. На этот раз даже оповещать о своём прибытии его не стал, а просто поковылял в комнату, в которой обычно и находится наш докторишка. Ногой толкнув дверь, увидел грязное на вид помещение, оборудованное разного рода приборами и инструментами о предназначении которых мне приходилось лишь догадываться. Распахнутая дверь задела небольшую каталку со скальпелями и другим барахлом, что сразу же привлекло внимание одетого по всем канонам антисанитарии Набору.
Вид у него, конечно, был страшный, как в ужастиках. Заляпанные кровью костюм и инструменты, какой-то полуживой чел с татуировками на теле, который, по всей видимости, принадлежал к Четырёхпалым. По рукам этого понять было уже нельзя, так как кистей, собственно, не было. Зато причуда сразу была заметна, нечто по типу укрепления кожи. Похоже именно поэтому в руках у Набору был не аккуратный скальпель, а громоздкая циркулярка.
— Да блять!!! — в ярости заорал Набору, повернувшись в мою сторону. — Чего тебе опять тут нужно!?
— Завали ебало, Набору, — не в силах слушать его ор, приказал я, опёршись целой рукой о небольшую металлическую тумбочку. — У меня в левом кармане штанов палец лежит, присобачь его обратно, — указав взглядом на окровавленную футболку, пробормотал я.
Чутка успокоившись после моих слов и, конечно же, замолкнув, Набору тихо подошёл ко мне и достал палец из кармана. Тот уже был немного пожелтевшим и бледным, к тому же покрылся какими-то странными чёрными прожилками. Окинув его взглядом, он размотал мою самодельную повязку, открыв место пореза. От места раны по ладони так же начали распространяться эти самые чёрные прожилки, вызвавшие у меня внезапное чувству тревоги. Приложив отрубленный палец на его место и активировав свою причуду, Набору некоторое время постоял так, а затем убрал его, положил на металлическую тумбу и посмотрел на меня, взглядом показывая, что ему нужно о чём-то сказать.
— Ну что такое? — вздохнул я и разрешил ему снова говорить.
— Не получится, — пожал тот плечами. — Палец уже, можно сказать, сдох. Могу спасти только руку.