Спустя минут десять Набору снял жгут с ноги и посмотрел в мою сторону. Молча вернувшись на своё место, он взял в руки автомат и нацелил его на Барона с железной решимостью в глазах.
— Набору, стой, — сразу распознав его намерения, выдал я команду. — Он мне пока что нужен. Когда все дела решатся, сможешь делать с ним, всё, что захочешь.
Услышав мои слова, тот застыл на месте с дрожащими руками, видимо, сильно сопротивляясь моему приказу. В конце концов он громко вскрикнул и метнул автомат в стену, опрокинув после этого несколько тележек со своим инструментарием.
— Валите отсюда! И не приводи сюда до того момента эту тварь! — махнул он рукой и ногой пнул в нашу сторону каталку с Хошими, которым жалостливыми глазами посмотрел на меня.
— Эх, можешь говорить, — глубоко вздохнул я и схватив ручки каталки, повёз его наружу.
— Чёрт, как же это было больно! — вырвалось из парня всё нытьё, что он сдерживал всё это время.
Я старался его не слушать, а тупо катить его к лифту. Барон же молча шёл за мной, покуривая свою сигару с лёгкой улыбкой на лице.
- - — - - — -
На моём boosty глав больше. Также не забывайте ставить лайки и подписываться.
Избавившись от Хошими, нытьё которого уже постепенно начало сводить меня с ума, я оставил его на попечительство других парней из банды, а если быть точнее, то заставил Шоджи за ним присматривать. Тот был в ужасном настроении, когда увидел меня, идущего к нему с улыбкой на лице и каталкой в руках, но благородно согласился на мою просьбу последить за своим будущим соратником.
После всего произошедшего мне было совсем не охота заниматься чем-либо, поэтому, дабы немного отдохнуть и очистить разум от ненужных мыслей, я пошёл качаться в зал. За мной поплёлся и Барон, так как другого выхода у него собственно и не было. Причуду он использовать не может, а все вокруг могут «случайно» его зашибить так, что потом никто его не откачает.
Оставить его рядом с собой я решил, из-за того, что он мог много чего полезного рассказать мне о моей причуде, да и о причудах многих других людей вокруг меня. Судя по всему, опыта у него в этом деле было много, потому как пару раз ощутив на себе воздействие мой причуды, он уже смог оценить принципы её работы, эффекты и так далее. Это немного печалило. Какой-то случайных мужик знает о моей силе больше, чем я сам, но причина этого мне от части понятна.
На себе прочувствовать эффект своей причуды у меня не получится, а подноготная у неё довольно сложная. Все догадки, что у меня до этого были в голове, так и остаются догадками. Подтверждение удалось получить лишь гипотезы, что вся моя причуда завязана именно на моём голосе, а не телепатии или ещё чем-то подобном. Тот же случай, когда я через микрофон и динамики пытался отдать команду. Голос мой можно было разобрать, но вот того самого эффекта добиться не получилось. Похоже, слишком сильные были искажения, а может не все частоты передаются, в общем, всё завязано именно на звуке.
«Получается план появления на телеке можно отбрасывать» — с ухмылкой вычеркнул я из воображаемого списка методов получения мирового господства один пунктик. — «Хотя хрен его знает, может это от качества записи голоса зависит? Или качества динамиков? Потом как-нибудь проверю, коли появится возможность» — делая жим ногами, размышлял я о будущем.
— Ты можешь объяснить, нахуй ты меня с собой везде таскаешь? — давясь от скуки, валялся на полу Барон, наблюдая за мухой, ползущей по стене. — Сказал бы мне сидеть в какой-нибудь комнате с теликом, да и ладно. Мне многого от жизни не требуется.
— Хух, ну раз тебе так скучно, то рассказывай всё о себе сначала, а потом о том, что тебе удалось понять по поводу моей причуды, — не прекращая подход, проговорил я. — Имя, фамилия, происхождения, причуда и так далее. Не забывай и о тех пунктах, которые были перечислены во время нашего, так сказать, знакомства. Говори только правду, ничего не скрывая.
— Иж ты чего захотел, — подскочил он с пола, возмущённо посмотрев в мою сторону. — Но поспешу тебя расстроить,
«Бля, чё-то мне в нём не нравится, понять бы только что именно» — проскочила в моей голове мысль, но я быстро сконцентрировался на других словах Барона о моей причуде.