Мгла полностью

Она не поверила своим ушам – он правда считает, что она в состоянии взобраться на этот холм без всякой помощи?

– Я? Почему?

– Я не знаю, насколько там прочный снежный покров, – ответил он. – Если вдруг сойдет лавина, я, по крайней мере, смогу тебя выкопать.

Она оцепенела. Неужели он не шутит? Скорее всего, нет.

Он вручил ей палки для ходьбы, предварительно отцепив их от рюкзака, и велел двигаться вперед.

С предельной осторожностью она стала взбираться на холм. Поначалу уклон был довольно пологим, но, по мере того как она поднималась, он становился все круче. Не отрывая взгляда от земли, она выверяла каждый шаг, чтобы сохранить равновесие. Время от времени она все же поднимала глаза, но заснеженный склон и падающие с неба хлопья сливались в одно целое, и понять, какое расстояние еще предстоит пройти до гребня холма, не было никакой возможности. Находить точку опоры становилось все сложнее, и каждый последующий шаг требовал все больше усилий. Она то и дело соскальзывала назад, и чтобы продвинуться вверх хотя бы на метр, нужно было предпринять несколько попыток. Носками ботинок она попробовала выбить в толще снега некое подобие ступенек, но лишь потеряла равновесие и заскользила вниз по склону, пока не оказалась на середине уже пройденного пути.

Редкие облака, словно нарисованные на чистом небесном холсте размашистыми мазками художника, висели над елями в саду у Пьетюра в Фоссвогюре. Солнце клонилось к закату. Это было любимое время года Хюльды, хотя в нынешней ситуации она и не могла насладиться им сполна. После разговора с Магнусом она почувствовала такой упадок сил, что решила отложить дело Елены до утра.

Пьетюр открыл дверь еще до того, как она постучала, – вероятно, увидел ее из окна кухни. Хюльда была как выжатый лимон, но старалась не показывать виду.

– Входи, дорогая. – Пьетюр был сама любезность и обращался с Хюльдой, как врач обращается со своей самой любимой пациенткой.

Он накрыл ужин в гостиной, которая одновременно служила и столовой. В центре стола дымились восхитительные на вид ребрышки ягненка, явно только что снятые с гриля, а рядом красовалась бутылка красного вина. По комнате плыл такой упоительный аромат, что у Хюльды не сразу же разыгрался аппетит.

– Выглядит все просто потрясающе, – сказала она.

Он галантно отодвинул стул. И Хюльда с благодарностью опустилась на него, чувствуя, как накопленная за день усталость улетучивается. Когда Пьетюр исчез на кухне, Хюльда испытала странное двоякое чувство: с одной стороны, она ощущала себя незваной гостьей, а с другой – ей казалось, что она вернулась домой. Вероятно, сад за окном напомнил ей о ее прежнем жилище на Аульфтанесе.

В гостиной у Пьетюра было тепло, а вся обстановка дышала уютом. Да, Хюльда вполне могла себе представить, что когда-нибудь поселится в этом доме.

– Устала? – спросил Пьетюр, вернувшись в комнату с блюдом, на котором были разложены нарезанные овощи. – У меня, надо сказать, день прошел спокойно. Ты поймешь, какое это счастье, когда сама выйдешь на пенсию. Ты в отличной форме, и плюс к этому у тебя появится масса свободного времени для твоих любимых занятий. – Он улыбнулся.

– Ты думаешь? – уныло отозвалась Хюльда. – Да, день сегодня выдался… трудный.

Пьетюр уселся за стол.

– Пожалуйста, угощайся, пока не остыло. Обычно мясо на гриле у меня получается неплохо. Рад, что сегодня его сможешь оценить и ты.

– Спасибо.

Она положила в рот кусочек ягнятины и поняла, что о своих кулинарных талантах Пьетюр не солгал, – вкус у мяса был отменный.

– Так что произошло?

– А?..

– Что произошло сегодня? У тебя на лице написано, что ты расстроена.