В это время воинами, а также местными слугами распоряжался Сати. Он приказал отнести пострадавшего омегу к целителю, а его отца и братьев разместить в их комнаты. Всё равно бежать им некуда, а детей и так сильно напугали, чтобы теперь ещё и запирать непонятно где.
Раздав все распоряжения, омега отправился к сыну. Хотя он сам чувствовал ужас от произошедшего, но сыну обязательно скажет, что тот всё сделал правильно. Не может истинный правитель быть мягким и милостивым ко всем.
С того момента, как Динтар первый раз вошёл в свою будущую столицу, прошёл год. Альфа не задержался надолго в крепости, вновь пришлось собирать свою армию и идти защищать границы от кочевников, которые так и норовили захватить часть его территории. Поэтому оставив крепость на обустройство отцу-омеге, альфа вновь отправился воевать.
И вот спустя год альфа возвращался в свою столицу. Границы удалось более менее укрепить, и пока Динтар не собирался дальше расширять свои территории: с нынешними бы управиться, а потом можно и продолжить свой путь на юг.
Альфа очень соскучился по своему отцу и никак не мог дождаться, когда вновь увидит омегу. В горный город он прибыл с небольшим отрядом, не предупредив даже отца о возвращении. Он уже представлял, как обрадуется омега, увидев своего единственного сына живым и здоровым.
В этот раз мирные жители не стали прятаться по своим домам, когда отряд альфы вошел в город. Люди уже привыкли к солдатам нового хозяина, которые поддерживали порядок на улицах города. Сати хорошо справился со своими обязанностями: столица нового объединённого клана была величественна и богата. Альфа с удовольствием любовался на город, который теперь по праву принадлежал ему. Когда он проезжал мимо центральной площади, смотрел в землю, не решаясь поднять взгляд. Вина кольнула в самое сердце.
Тогда, год назад, Сати сказал, что целитель спас мальчишку. Однако альфа всё равно понимал, что испортил омегу. Остальных детей бывшего главы он приказал по достижении совершеннолетия выдать замуж. Этот же омежка, Ния, никому не нужен опороченный и искалеченный. Динтар позволил пареньку остаться вместе с Филицием в замке, помогать Сати с управлением. Старший омега всё же смог тогда взять себя в руки ради младших сыновей и дал клятву Сати в верности. Альфе этого было достаточно. Верность в обмен на благополучие младших омег – равноценная плата.
Приблизившись к замку, Динтар спешился. Он чувствовал воодушевление от долгожданной встречи с отцом. Так хотелось вновь оказаться в объятиях старшего омеги, поцеловать его в щёку, почувствовать приятный запах и забыть на миг, что он уже взрослый альфа.
Слуга отворил большую дверь, пропуская господина в замок. Альфа так и застыл, только переступив порог. Его остановил еле ощутимый сладкий запах, который витал повсюду в замке. Вначале Динтар растерялся, не понимая, почему запах какого-то нового омежки так сильно его зацепил. Однако вскоре альфа сообразил, что причина может быть лишь одна.
Он и забыл, что сразу хотел отправиться к отцу. Приятный запах ласкал, манил за собой. Динтар понял, что нашёл своего мори, и от этого осознания становилось тепло и радостно внутри. То, о чём он и не мечтал, вот-вот свершится.
Динтар остановился у одной из дверей, возле которой запах был наиболее концентрирован, и застыл на мгновение, чувствуя себя вновь невинным мальчишкой, трепещущим перед более взрослыми омегами. Предвкушение наполнило его сердце сладкой истомой.
Он резко дёрнул дверь на себя и зашёл в комнату.
Тонкая фигура в тёмных одеяниях стояла возле окна. Омега испуганно вздрогнул, услышав шум, но сразу к опасности поворачиваться не стал. Недалеко солдаты и господин Сати, так что никто не посмеет его тронуть на территории замка.
Динтар приблизился к омеге, аккуратно поворачивая того к себе лицом. Он увидел испуганный взгляд голубых глаз совсем молоденького юноши. Короткие тёмные волосы обрамляли узкое лицо. Кожа была бледной, почти белой, а в глазах появилось вначале узнавание, а потом и вовсе ужас. Парнишка отчаянно дёрнулся назад, падая на попу и отползая от альфы как можно дальше. Он надеялся спастись, закрыться от обидчика, тогда Динтар и смог чётко рассмотреть искалеченную правую руку своего мори.
Он застыл на мгновение, не веря, что такой потрясающий запах исходит именно от этого омеги. Ну разве это не насмешка богов? Его прекрасный мори, его пара, его истинный – некогда изнасилованный и искалеченный им мальчишка-омега.
Динтар не смог произнести ни слова. Внутри него всё переворачивалось, а мысли путались. К тому же полный ужаса взгляд омеги причинял боль. Альфа только и смог заставить себя развернуться спиной к мальчишке и пойти прочь.
Вскоре он увидел своего отца-омегу, но былая радость от встречи с самым близким человеком превратилась в отчаяние. И вместо того, чтобы властно возвыситься над своим родителем, обещая ему защиту и заботу, он, как маленький мальчик, нырнул в объятия омеги.
