Ния было интересно, насколько хватит его смелости и выдержки. Он всё же смог заставить себя сесть на край кровати и взглянуть на льва, как иногда называли этого варвара местные.
А ведь альфа действительно всегда очень нежно разговаривал с омегой, никогда не давал сложных заданий и часто исподтишка наблюдал очень обеспокоенным взглядом.
Ния втянул полной грудью воздух, пытаясь понять, чувствует ли он сам в этом альфе пару. Но омежка абсолютно ничего не ощутил. Так уж случилось, что никто из альф, которые его окружали, не будил того самого особого чувства, когда все инстинкты вопят, что это твой заступник и господин. Однако Ния прекрасно понимал, что дело здесь в нём самом. Слишком рано его лишили невинности. До того, как он хоть что-то почувствовал к альфам, до первой течки. Вот и не привлекали теперь парнишку их запахи. Хотя во время течки всё было по-иному. Тогда омега готов был на стены лезть от желания, и, если бы его не закрыли в комнате, точно бы на кого-нибудь набросился.
Вот и сейчас омега чувствовал, как его разрывают на части противоречия. Если этот альфа и правда его истинная пара, то не остаётся ничего, кроме как это принять. Омега ведь и не надеялся, что найдётся хоть кто-то, кто отнесётся к нему серьёзно. С другой стороны, он знал, что победить тот страх, который всё ещё мучил его, будет очень сложно. Или можно пойти на хитрость…
Динтар заметил, что его мори стал реже появляться в его комнате, и от этого альфа чувствовал горечь. Но сам он омегу не звал, не хотел мучить ради своего спокойствия. Он ведь обещал себе, что если Ния и дальше будет себя неуютно чувствовать в его компании, то отпустит свою пару. Сам он заслужил наказание за этот грех, и многие другие. Но вот омежку насиловать и в моральном плане он не имеет никакого права.
И вот однажды в его комнату пришёл встревоженный отец. К тому моменту альфа уже окончательно смирился с тем, что никогда не сможет приручить истинного, - и тут известие, изменившее всё.
- У Нии течка началась, - сказал обеспокоенный Сати.
Динтар сжал кулаки. Как бы ни было сильно его желание, он не посмеет нанести ещё больше вреда избранному.
- Закройте его где-нибудь и никого к нему не пускайте, - отдал приказ альфа, хотя сам очень хотел тут же рвануть к паре.
- Но он зовёт тебя… - огорошил новостью альфу отец. – Уж не знаю, как это всё понимать, но он хочет, чтобы ты к нему пришёл.
На несколько секунд альфа застыл на месте, неверяще глядя на отца-омегу. Ния слишком отдалился от него последнее время. Так что же на омегу нашло? А может, омежка и сам почувствовал в нём пару.
Не сказав больше ни слова, альфа сразу же рванул в комнату своего чуда. Чем ближе он был к омеге, тем сильнее его терзал приятный запах. Возбуждение накрыло его волной. Пришлось остановиться перед самой дверью и сделать несколько глубоких вдохов, успокаиваясь.
Динтар открыл дверь и вошёл в комнату.
Полуобнажённый омега сидел на подоконнике и смотрел в окно. Он был укрыт лишь тонким одеялом, которое скрывало его наготу. Течка только начиналась, поэтому мальчик вполне мог себя контролировать. Он специально именно сейчас позвал альфу, пока ещё может соображать здраво.
- Надеюсь, господин, вы не злитесь, что я вас отвлекаю от дел, - сказал раскрасневшийся мальчик.
Альфа стоял у прохода и буквально пожирал омегу взглядом, но двигаться не решался, боясь сорваться и натворить глупостей.
- Как я могу злиться? – чуть охрипшим голосом произнес Динтар. – Я схожу с ума от счастья, мори.
Омежка немного дёрнулся от этих слов. Каким же раньше он был дураком, раз не замечал. Неужели этот варвар всегда смотрел на него таким горящим взглядом?
- Тогда подойди…
Возбуждённый омега осмелел настолько, что впервые осознал свою власть над этим альфой, и внезапная догадка очень удивила его. Раньше он боялся, что этот великан снова использует свою силу, уничтожит и унизит. Но вот он, альфа, так возбуждён, еле сдерживает себя, но покладисто слушается. Шаг… второй… Динтар остановился совсем рядом с омегой и внезапно упал на колени. Ния этого не ожидал, а потому только обеспокоенно смотрел на своего господина. А тем временем Дин потянулся и взял искалеченную руку омеги в свои. Ния еле сдерживался, чтобы не вырваться. Ему всегда казалось, что его уродство у других вызывает лишь отвращение и презрение. Но неожиданно для него альфа губами коснулся маленькой ладошки. Он с сожалением рассматривал обрубки пальцев, чуть не воя от отчаяния. Большой палец, как оказалось, уцелел, видимо, в последний момент омега отвёл его в сторону, и лезвие прошло мимо.
- Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня, мори? - тихо спросил Динтар.
- Уже простил, - ответил омега. – Но всё еще боюсь… поэтому и позвал только сейчас. Даже если ты мне сделаешь очень больно, я смогу это пережить и не сойти с ума только сейчас, когда желание сильнее разума.
- Я ни за что не сделаю тебе больше больно, мой мори.
Альфа вновь поцеловал покалеченную руку и прижал её к лицу. Он не чувствовал отвращения, только боль и вину.
