— Мама присылает тебе конфеты? — Я не смогла сдержать изумления.
— Она так проявляет заботу. И лишать ее этой маленькой прихоти не вижу смысла. Тем более тут таких не найдешь, — пожал плечами Риган, взял небольшой шоколадный треугольник и отправил в рот.
Я улыбнулась. Кто бы мог подумать, что племянник короля может быть вот таким, обычным.
— Держи, — протянул он мне конфету. — Иначе я и не замечу, как все их съем.
Отказываться я не стала. Когда еще доведется попробовать нечто подобное!
Конфета буквально таяла во рту. Шоколад оказался немного горьковатым, но это лишь придавало пикантности сладкой нуге. Я сделала глоток вина.
— Расскажи мне о родителях, — попросила я и, почувствовав, как алкоголь приятным теплом разливается в пустом желудке, спешно ухватила кусочек сыра.
— А что тебя интересует?
Я неопределенно пожала плечами.
— Все, что я про них знаю, это что твой отец плотно связан с политикой, а мать занимается благотворительностью. Но в газетах не пишут, какие они люди. А мне интересно.
— Они как север и юг, — задумчиво проговорил Риган. — Отец строгий и излишне сдержанный, но может решить любую проблему и никогда не даст в обиду своих близких, как бы ни был зол. Мама мягкая и заботливая, порой даже излишне. Она действительно любит помогать людям, а люди за это ее обожают. К ней приходит куча прошений. Порой мне кажется, что она знает каждого слугу и его семью, знает, кто живет в самом дальнем уголке Ургерии.
— А твои родители любят друг друга? — спросила я раньше, чем успела сообразить, что это крайне бестактный вопрос. Видимо, вино ударило в голову.
— Да, как бы удивительно это ни звучало. А твои? — вернул неудобный вопрос Риган и выжидательно посмотрел на меня.
— Не знаю, — призналась я. — Их брак — результат договоренности двух богатых семей с целью объединения земель. Они не были против такого расклада и построили семью на взаимном уважении. Я не помню, чтобы они когда-либо ссорились.
— А я помню, как мама в приступе негодования разбила половину сервиза, подаренного им с отцом на свадьбу королем. Уже никто не помнит, что послужило причиной. Но само действо оказалось незабываемым.
— Отчаянная женщина. А твой отец как отреагировал? — со страхом посмотрела я на Ригана. Все-таки разбить такой подарок — нанести оскорбление самому королю!
— Подождал, когда она устанет, и, подхватив на руки, унес в спальню.
Я бы, наверное, смутилась, если бы не вино. Не удержавшись, я хихикнула:
— Он у тебя точно темный маг?
— Даже не сомневайся. Сильнейший, — заверил Риган и аккуратно убрал мне за ухо выбившуюся прядь волос. — Пока так точно. Но это не значит, что он не человек. Со своими заморочками, и только.
Я хотела что-то сказать, но не смогла. Риган так и не убрал руку от моего лица. Его пальцы скользнули по щеке, очертили скулу и изгиб шеи. И я, совершенно не стыдясь, наслаждалась этим. Лишь оставшаяся толика благоразумия заставила меня потупить взор. Я понимала: если встречусь взглядом с пронзительными голубыми глазами, то окончательно потеряю контроль над своими чувствами.
Внезапно Риган притянул меня ближе к себе, лишая свободного пространства и возможности хоть немного сопротивляться. Инстинктивно взглянула на своего пленителя и пропала.
Первое прикосновение губ было невесомым, но даже этого хватило, чтобы я потянулась за вторым. Легкий поцелуй неуловимо быстро перерос в глубокий и требовательный. Я чувствовала едва сдерживаемое желание Ригана, отчего мой собственный разгорающийся внутри жар только усиливался. Я забыла, как дышать, а голова пошла кругом.
Возможно, мое распоясавшееся влечение было связано с выпитым алкоголем, но призывать себя к порядку не хотелось. Напротив, руки скользнули по широким мужским плечам и запутались в светлых волосах, не позволяя Ригану прервать ласку. Казалось, если он отстранится, я просто умру.
Внезапный всплеск силы от одного из чужих артефактов и ощущение падения заставили меня судорожно вздохнуть. Я лишь краем сознания успела отметить, что мы переместились с крыши в полутемную комнату, как мои губы вновь оказались в нежном плену. С каждой секундой мне хотелось все больше. Благоразумие оставило меня окончательно.
Риган словно почувствовал мои желания и проложил дорожку из поцелуев к ключице. Легко прикусил чувствительную кожу, чем свел меня с ума. Даже закушенная губа не позволила сдержать стон наслаждения.
Объятия стали сильнее, а после мужские ладони прошлись вдоль спины. И… я вдруг поняла, что больше ничего не удерживает на мне платье. Оно с шуршанием упало на пол. Теперь каждое прикосновение Ригана ощущалось мною еще острее, и если теплые ладони приносили удовольствие, то шершавая ткань его одежды раздражала. Недолго думая я на ощупь попыталась найти пуговицы мужской сорочки, но пальцы плохо меня слушались.
Риган решил не мучить меня и сорвал с себя рубашку. И я задохнулась во второй раз. Даже не заметила, в какой момент оказалась прижата к кровати. Все потеряло для меня всякое значение, осталось лишь желание чувствовать своего любимого еще больше, еще ближе.
