– Наджа пишет то же самое и предупреждает: чем более иллюзорными, нелепыми, неосуществимыми были его идеи, тем больше ему верили люди. И пусть даже в конце концов они действительно оказывались неосуществимыми, Сулакан был готов убить великое множество невинных людей ради попытки реализовать свои замыслы, и в первую очередь тех, кто стоял у него на пути – жителей Нового мира. Наджа утверждает, что он не собирался прекращать убийства, пока существует жизнь. Сулакан предполагал, что в конце концов в мире живых должны остаться только ходячие мертвецы и полулюди, а он будет вечно править их душами из подземного мира.
– Вы уверены, что это не ожил сам Владетель? – с сомнением спросила Саманта, сложив руки на груди.
– Он был обычным человеком, – ответил Ричард, – подобным многим другим, которые служат смерти, неважно, знают они об этом или нет. Пожалуй, Сулакан просто был смелее, чем большинство прочих. Наджа говорит, что, неся смерть в подобных масштабах, он считал свои деяния священными.
Саманта воздела руки.
– Не могу постичь всей глубины таких заблуждений. Но что действительно удивляет – почему люди верили этому безумцу и боролись за его безумные цели. Ведь даже я, хоть еще и не выросла, вижу, что это бред.
Ричард отвернулся от надписи на стене.
– Есть множество людей, кого влечет к подобной жизни. Став последователями такого человека, они получают право распоясаться, превратиться в безымянных грабителей, отнимать все, что понравится. Некоторых подобная сила и возможность уничтожать других опьяняет. Но это не относится к делу. Главное – Сулакан был достаточно могущественным, чтобы вызвать громадные разрушения и гибель человечества. Пусть даже он заблуждался, а его идеи были безумными, он, служившие ему волшебники и неисчислимые неистовые армии могли повергнуть весь мир в пучину великой войны. К счастью, Наджа и ее современники смогли хотя бы создать этот барьер и сдержать некоторых из наиболее опасных Сулакановых творений, очень надолго обезопасив мир. Но полулюдей, запертых за барьером в третьем царстве, с веками становилось все больше, а теперь они вырвались в мир живых и вновь несут беду.
Сложив руки, Саманта с сарказмом заметила:
– Вы имеете в виду, что они несут беду нам?
– Нам, – согласился Ричард, кивнув. – Сейчас важно только одно: твари, созданные в древние времена волшебниками Сулакана, вновь на свободе и угрожают миру. Если не удастся придумать, как их уничтожить, мы погибнем.
Саманта нервно вышагивала от одной стены к другой. Ричард тем временем читал послание Наджи. Он ощущал переживания этой загадочной женщины из далекого прошлого, которой было так важно, чтобы потомки могли понять причины, стоящие за боязнью ее поколения оказаться в руках такого злодея.
Они знали, что жизнь обитателей Нового мира превратилась бы в непрерывную череду кошмаров, не сумей они остановить или хотя бы сдержать полулюдей. Очевидно, Наджа хотела быть уверенной, что последующие поколения поймут скрытую за барьером опасность.
– Добрые духи, – тихо пробормотал Ричард.
– Что? – переспросила Саманта, услышав его. Ричард не думал, что говорил вслух.
Он глубоко вздохнул, прежде чем приступил к мрачным подробностям.
– Наджа пишет, что, лишившись своих душ, полулюди начали охотиться за людскими душами.
Саманта замерла и повернулась к нему.
– Охотиться за душами? Как это понимать?
Ричард напряженно прищурился, сосредоточиваясь на символах.
– Судя по изложенному здесь, оставшиеся без душ полулюди до того обезумели, что стали охотиться на тех, у кого души были, в надежде забрать их себе.
Ричард замолчал от удивления.
– И?.. – спросила Саманта.
– И… Стремясь обрести душу, они сжирали всякого живого, кого удавалось. Наджа говорит, что всякий раз это оказывалось бесполезным, но они не оставляли попыток.
Саманта подошла ближе.
– Они едят живых? Вы уверены, что там написано именно так?
Ричард кивнул.
– Создание полулюдей принесло неожиданные плоды. Вскоре после того, как их лишили душ и сделали живым оружием Сулакана, ими внезапно овладело неодолимое желание вернуть утраченную душу. Они стали неуправляемы. Несмотря на все усилия создавших их волшебников, полулюди испытывали отчаянную потребность в душе. Движимые безумным, всепоглощающим желанием пожирать людей, они оказались неспособны осознать, что утолить эту жажду невозможно. Наджа говорит, что они охотились и по одному, но чаще объединялись для более успешных нападений.
– То есть они стали охотиться группами? Как стаи волков?
