– Я знаю это. Нам нужна ваша помощь, чтобы вернуть его. Нам нужно, чтобы вы рассказали нам, что мы можем сделать.
Красная моргнула.
– Вы? Ничего. Он мертв.
– Я тоже была мертва, – сказала Кэлен. – И, если я вернулась, возможно, есть способ вернуть и его.
Красная покачала головой.
– Я объяснила вам, как спасти ему жизнь. Вы отвергли шанс, предложенный потоком времени. Теперь мы можем только попытаться освободить его душу из оков зла в подземном мире, чтобы он получил возможность остановить Сулакана, действуя с другой стороны. Это – единственная возможность, которую я вижу в потоке времени.
Кэлен постаралась сдержать гнев.
– Всю жизнь я сражалась за других. Сражалась за то, чтобы они могли жить, жить так, как хотят. Сейчас я сражаюсь за себя, за возможность жить так, как хочу я… жить с Ричардом.
Лицо Красной омрачилась.
– Я дала вам шанс спасти Лорда Рала, Мать-Исповедница. Вы не захотели им воспользоваться. Вы сделали свой выбор. Из-за этого он для нас потерян.
Кэлен сжала кулаки.
– Вы не единственная связаны ограничениями и должны сохранять баланс в своих действиях. Я тоже живу сообразно своему пониманию того, что такое жизнь. Я не могу забрать жизнь невинного. Я не могла убить Никки и попрать при этом свою сущность и все то, что отстаиваю.
– Мы подошли к переломному моменту, – сказала Никки, прежде чем Кэлен отклонилась от их цели. – Как только силы, подвластные Сулакану, вырвутся на волю, никто и ничто не сможет загнать их обратно. Как только все выйдет из-под контроля, со временем всему неизбежно придет конец. Жизнь и само бытие будут уничтожены.
Император Сулакан и Ханнис Арк заносчиво считают, что смогут управлять силами хаоса и использовать их, чтобы править тем миром, какой получится вследствие их действий. Они заблуждаются.
Ваши способности приводит в действие то, что представляет Благодать. Сулакан хочет извратить эти силы, покорить, разрушить. Это угрожает всему миру живых – а значит, и ваше существование под угрозой.
– Я знаю, что под угрозой, – предостерегающе сказала Красная. – В данном случае противодействовать опасности само по себе опасно.
– Что вы имеете в виду? – спросила Кэлен.
Ведьма подалась вперед.
– Вы стремитесь вмешаться в дела мира мертвых, в работу сил подземного мира.
– А зачем бы еще мы пришли сюда? – возмутилась Кэлен.
Красная заморгала.
– Чтобы помочь душе Ричарда вырваться из ловушки, в которую он угодил, и присоединиться к добрым духам. Сделав это, он получит шанс объединить эти силы и лишить Сулакана могущества. Оно слагается из магии Ущерба и оккультного колдовства. И то и другое – силы подземного мира. Если Ричард сможет что-то сделать с этим из-за завесы, нам, возможно, удастся остановить тьму, которая скоро поглотит мир живых. При этом вы заодно поможете любимому обрести вечный покой.
– Он может постараться сделать что-то и по эту сторону, – настаивала Кэлен. – Нам нужно вернуть его душу в мир живых.
Красная на мгновение онемела от гнева:
– Он мертв!
– Пророчество утверждает, что он единственный способен избавить мир от той мрачной участи, которую пытаются навязать нам Сулакан и Ханнис Арк.
– Да, пророчество утверждает, что он избранный. Поток времени показал мне, что только у него есть шанс. Но – из-за завесы. Поток времени по-прежнему говорит, что у него есть шанс остановить Сулакана. Поскольку теперь он мертв, это единственный способ.
Кэлен дрожащей рукой утерла глаза, но не успела ничего сказать: снова вмешалась Никки.
– Красная, я жила во Дворце Пророков. Я провела там довольно много времени. Там я изучала пророчества, как все Сестры. Многие из тех пророчеств именуют Ричарда по-разному. Я видела упоминания о нем в записях, которым тысячи лет, хотя в то время не вполне понимала все это и как оно с ним связано.
Но наша аббатиса знала, кто он, и защищала Ричарда еще до его рождения. Она знала, что он станет камнем в пруду, что будет рожден сделать то, что надлежит сделать. Многие пророчества упоминали о нем как о единственном способном, пресекая сами пророчества, противостоять могуществу императора Сулакана. Не сообщали как, только что он – избранный.
Ричард – единственный наш шанс. Он единственный, кто способен спасти мир живых. Чтобы спасти жизнь, он должен быть здесь, в царстве жизни.
Уже первая Исповедница, Магда Сирус, три тысячи лет назад поняла это и как могла постаралась помочь ему. – Никки указала на перстень с Благодатью на руке Кэлен. – Первая Исповедница отправила ему этот перстень через века, оставив его для Ричарда с посланием, гласившим, что он – избранный, тот, кому предназначено сражаться за то, что символизирует изображение на этом перстне, вести битву, начатую Сулаканом в ее дни. Этот перстень, этот долг, теперь совершил полный круг от первой Исповедницы к последней, как Сулакан сначала был угрозой для всех во времена Магды Сирус, а теперь вернулся, чтобы угрожать самой жизни в наше время.
