Сильнее всего Ричарда беспокоило то, что если Ханнис Арк не помогал распределять пророчества по конкретным книгам, это означало лишь одно: эти пророчества наверняка интересовали его вовсе не так живо, как верил Молер. Центром внимания Ханниса Арка и источником его знаний было что-то другое.
– Люди, использовавшие все это, в действительности не понимали, что делают, – сказала Никки Молеру. – Судя по вашим словам, сообщения собирали от всех со «способностями к предсказаниям», то есть большая часть этих пророчеств ложна.
Писец встревожился.
– Ложные пророчества, госпожа?
Никки кивнула, окидывая взглядом книги.
– Истинные пророчества поступают от волшебников, наделенных пророческим даром, а не от сельских жителей, вообразивших, будто у них есть такие способности, и выдумывающих пророчества. У подобных людей голова обычно полна предсказаний, рожденных из мечтаний, желаний, страхов, а чаще всего – богатым воображением.
Истинные пророки – волшебники, а волшебники в наше время большая редкость. Пророки среди волшебников встречаются еще реже. Пророчество предназначено для того, чтобы его прочитал кто-то, хотя бы наделенный магическими способностями, а лучше другим волшебником со способностями пророка. Истинное пророчество – удел волшебников, не простых людей.
Молер обеспокоенно нахмурился.
– Вы хотите сказать, что здесь записаны… не истинные пророчества?
Никки пожала плечами.
– Если делать довольно предсказаний, когда-нибудь одно из них окажется правильным, – но случайно, не по предназначению. Людям западает в память то, которое оправдалось, и они наделяют значением другие, те, что считают попросту еще не сбывшимися, и при этом упускают из виду сотни или даже тысячи предсказаний, о которых уже забыли, поскольку те оказались ложными.
Изначально, кажется, для тех немногих, кто действительно не понимал пророчеств, это становилось навязчивой идеей, и они передавали свою веру в «пророчества» такого сорта своим преемникам. Приблизительно как суеверия, не более того.
Во Дворце Пророков я очень много лет работала с пророчествами, хранящимися в особых подземельях. Эти пророчества были написаны теми волшебниками, что были истинными пророками. По своему опыту могу сказать, что хотя здесь, возможно, есть несколько алмазов, большая часть этого – простые камешки.
Ричард рассуждал примерно так же. Его интересовало, чем на самом деле занимался Ханнис Арк в этой комнате. Если эти пророчества были по большей части бесполезны, то откуда Ханнис Арк узнал, как вернуть императора Сулакана из мертвых?
Ричард повернулся к писцу.
– Где Ханнис Арк работал большую часть времени? Вы сказали, что он подолгу работал здесь. Чем он занимался?
Молер неловко пожал плечами.
– Я никогда в точности не знал, чем именно он занимался. Он не обсуждал со мной свои дела – я был всего лишь его писцом. Хотя я знаю, что ему нравилось изучать старые документы. По крайней мере, именно за этим я его чаще всего заставал. Я начинал регистрировать пророчества в книгах рано утром, а он обычно приходил позже. Свою работу здесь он обычно заканчивал ночью, уже после того, как я уйду.
Старик поднял руку, указывая на большой стол возле постаментов, на которых лежали книги с пророчествами. Стол был в беспорядке завален разнообразными предметами, от украшений из кости и простых подсвечников до линеек, циркулей, различных бумаг и груды старых свитков. На стопе потертых регистрационных журналов стояла толстая свеча в серебряном подсвечнике. Судя по тому, что потеки стекавшего по подсвечнику воска застыли на одном краю этой стопы, она служила всего лишь подставкой.
– Иногда он подходил к книгам и читал записанные мною пророчества. Полагаю, он поступал так и в мое отсутствие, но, если честно, не поручусь. Впрочем, не могу сказать, что когда-нибудь видел, чтобы он на что-то обратил особое внимание. Думаю, он просто просматривал их, выискивая что-нибудь, что пригодится ему позже.
Иногда он играл со мной в шахматы, – писец указал на столик с набором черных и белых фигур, – вон там. – Молер повернулся. – Хотя главным образом он работал здесь, за своим столом.
Отступив от широкого стола, Ричард заметил, что на ближайшем постаменте, стоявшем по другую сторону столешницы, лежала та самая книга, о которой Молер сказал, что она содержит пророчества о Доме Ралов. За этой книгой пророчеств Ханнису Арку было хорошо видно чучело вставшего на дыбы медведя, возвышающегося над книгой. Этому человеку, скорее всего, нравились символы. В таком свете размещение предметов в комнате получало чуть больше смысла.
Ханнис Арк, похоже, был помешан на символах.
