Кэлен посмотрела на Фроста, потом — снова на Синрика. Тяжело вздохнув, она сказала:
— Вот что, Синрик. На дорогу туда и обратно нужно часа два, но у меня, к сожалению, совсем нет времени.
— Понимаю, Мать-Исповедница. Что прикажешь?
Она заставила себя произнести нужные слова:
— Убейте их.
— Как, Мать-Исповедница!
— Убейте их. Мы не знаем, говорят ли они правду, а риск слишком велик, чтобы можно было пропускать неизвестных. Сделайте это быстро, чтобы они не мучились. — Она повернулась к десятнику Фросту.
— Но, Мать-Исповедница… — не сдавался Синрик.
— Что еще?
— У этого возницы, Аэрна, есть королевский пропуск.
— Что?
— Королевский пропуск. У него есть медаль, которую ему выдала сама Цирилла. Там написано, что он получил ее за заслуги перед населением Эбиниссии и может свободно проезжать по всей нашей стране.
— Значит, медаль ему вручила сама королева? — спросила Кэлен.
— Да. Я выполню твой приказ, Мать-Исповедница, но только королева, вручая ему медаль, обещала и свою защиту.
Кэлен чувствовала, что слишком устала и ей трудно сосредоточиться.
— Ну, если у него есть пропуск от королевы, мы должны отнестись к этому с уважением, — наконец сказала она. — Но скажите ему, чтобы они немедленно убирались отсюда. Ты ведь говорил им про разбойников? Так вот, скажи, что если ты еще раз поймаешь этого Аэрна с его каретой в этих местах, то ты, в соответствии с полученным приказом, немедленно казнишь их всех как сообщников этих разбойников. В Никобарис надо ехать на северо-запад. Напомни им это и накажи, чтобы не вздумали останавливаться, прежде чем уедут отсюда достаточно далеко.
Синрик отсалютовал ей и ускакал, а Кэлен вместе с командиром Райаном отправилась к палаткам, где был приготовлен известковый раствор. Остальные воины вернулись к своим занятиям.
Кэлен распахнула свою меховую накидку. Стало еще теплее, в воздухе пахло сыростью.
— К вечеру над ущельем повиснет туман, и видимость будет плохая, — заметил Райан.
Так как она была удивлена его словами, он пояснил:
— Я вырос в этих горах. Когда зимой начинается оттепель, как сейчас, туман может продержаться дня два.
— Если так, то для нас это неплохо, — сказала Кэлен. — Это поможет нам посеять страх в рядах врагов.
— Значит, ты уже можешь рассказать, для чего нам понадобилась известка?
— Мы собирались наметить для себя во вражеском лагере цели, которые надо уничтожить. Ближайшей ночью для этого будет благоприятный момент, потому что наше нападение будет внезапным. В дальнейшем такого случая не представится: они будут ждать новых нападений.
— Понимаю. Наши люди тоже хорошо понимают это. Они сделают все как надо.
— Как я уже говорила, — продолжала Кэлен, — наша главная цель — убить побольше врагов. Может быть, этой ночью нам представится наилучшая возможность. Сколько у вас здесь меченосцев?
Он помолчал, производя подсчет в уме, затем сказал:
— Меченосцев — около двух тысяч. Наверное, еще человек восемьсот лучников, а остальные — копьеносцы, конники и всякие иные нужные в войсках люди — оружейники, кузнецы, возчики и прочие.
— Хорошо, — кивнула Кэлен. — Тогда я попрошу тебя отобрать около тысячи меченосцев. Выбирай самых сильных, самых храбрых, самых беспощадных к врагу.
— А что предстоит сделать этим воинам?
— Те, кого мы оденем в мундиры убитых часовых, должны отправиться на разведку во вражеский лагерь. Вернувшись, они расскажут нам, где находится то, что нас прежде всего интересует. У нас будет достаточное число людей, чтобы выполнить задачу. Мечники займутся вражескими командирами, по крайней мере теми, которые не будут отравлены, а потом должны будут уничтожить как можно больше вражеских воинов и как можно быстрее.
Они дошли до двенадцати палаток, стоявших полукругом, одна за другой.
Кэлен проверила их все и убедилась, что все приготовлено, как она приказала. Потом она остановилась у самой большой палатки.
— Ты собиралась сказать мне, что мы собираемся белить, — напомнил Райан.
— Тысячу воинов, — коротко ответила она.
Он был ошеломлен.
— Нам предстоит набелить людей? Но зачем?
— Тут все очень просто. Известно, что д’харианцы боятся привидений. Они боятся призраков убитых ими врагов. Поэтому они и стараются убрать тела убитых товарищей с поля боя, как было в Эбиниссии. Сегодня ночью к ним придут те, кого они боятся. Они подвергнутся нападению тех, кого они только и боятся: нападению призраков.
— Но они же поймут, что мы воины, только в белых одеждах.
— Ни на ком не будет одежды. На них не будет ничего, а их мечи будут набелены, как и они сами. Перед нападением все наши воины разденутся догола.
У командира Райана отвисла челюсть.
— Что?!
— Ты сейчас должен собрать тысячу человек меченосцев. Им следует заходить в эти палатки, раздеваться и окунаться в кадки с известкой. После этого пусть стоят у горячих камней и сушатся. На это уйдет много времени. После этого они снова могут одеваться и носить одежду до времени нападения.
Командир Райан не верил своим ушам:
— Но ведь сейчас зима! Они же замерзнут!
