Привлечь Элис Уотерс на свою сторону в споре — все равно что заручиться поддержкой Алека Болдуина или Барбры Стрейзанд в предвыборной кампании. Вы соглашаетесь со всем, что бы они ни сказали, но втайне желаете, чтобы они наконец заткнулись. Никакой независимый избиратель, разочарованный республиканцами и старающийся вовремя платить по счетам, не станет слушать наставлений, что он должен делать и за кого должен голосовать, если эти наказы исходят от богатого «артиста», который живет в собственном доме в Голливуде, вдали от страданий и мук рядовых американцев.
Недавнее появление Элис на шоу «60 минут» — это наилучший пример поступка, возымевшего обратный эффект. Ленивая и чудовищно легковерная Лесли Шталь представила ее как «мать медленного питания» (неверное утверждение, которое можно опровергнуть, проведя в
А потом она решила приготовить для Лесли яйцо — на очаге своего дома в Беркли. Не знаю, что вы скажете, но, по-моему, сжечь два корда дров, чтобы сварить одно-единственное яйцо, — это уж точно не назовешь разумным потреблением. Я не сомневаюсь, что использование дров в Беркли строго ограничено. Я знаю, что нельзя обзавестись камином в манхэттенском доме, не приобретя дорогостоящую комбинацию вытяжек, преобразователей, фильтров, газоотводов и не пройдя целый ряд юридических инстанций. В Беркли к таким вещам относятся крайне чувствительно, поскольку половина углекислого газа в мире вырабатывается от сжигания дров. Если Элис готовит такую яичницу каждое утро, я могу лишь посочувствовать ее соседям.
Когда действие передачи перенеслось в ресторан
Впрочем, то, что нормально для Элис, несколько отличается от вашего представления о норме. Такова была основная идея «60 минут» — и это поняли все, кроме Лесли.
Вспомним череду ужинов, которые Элис устроила в Вашингтоне, чтобы отпраздновать инаугурацию Обамы. В прессе их разрекламировали как исключительные «камерные» мероприятия, с акцентом на высокие моральные ценности, но в итоге они превратились в сборища, где еда стоила пятьсот долларов за порцию. Хотя в Вашингтоне полно отличных шеф-поваров и кулинаров, Элис собирала известных поваров, их помощников и все необходимые ингредиенты по всей стране. Сколько углекислого газа было выпущено в атмосферу, чтобы привезти в Вашингтон этих людей (как утверждалось, способных заткнуть за пояс местных недотеп), — неизвестно. Не знаю, почему Элис не смогла с минимумом затруднений воспользоваться услугами местных профессионалов.
Это несправедливо и мелочно, но я просто не в силах устоять — я напомню вам один феерический эпизод, который произошел, когда Элис готовила вместе с Томом Коликкио и автором поваренных книг Джоан Натан. Натан, проглотив кусочек, начала давиться. Первой реакцией Уотерс было выскочить в зал ресторана и спросить, обучен ли кто-нибудь приему Геймлиха.[37]
Том Коликкио, который на своем веку повидал множество телевизионных студий, разумеется, знал, что делать. Он выступил вперед, надавил кулаком куда нужно, извлек инородное тело и спас жизнь госпожи Натан.
Что наводит на мысль: а можно ли назвать Элис шеф-поваром? Была ли она поваром хоть когда-нибудь, в любом смысле этого слова? Прочитав все официальные и неофициальные отчеты о карьере Элис и об инциденте в
А если она не повар… то кто же? И почему ей дозволено меня раздражать? Почему я ее слушаю? Какая мне разница?
Я слышу тихий, медоточивый голос в моей голове, который твердит: «Элис права».
Элис всегда и во всем права.
Тот же самый голос некогда заставлял меня часами торчать в переполненных залах, где пахло дрянной мексиканской травкой, и слушать
