Друг? Тут и невооружённым глазом видно, что Муромов стремится стать для Киры больше, чем просто друг, лучший друг. Все его улыбки в её сторону, маленькие сюрпризы по поводу и без… Чёрт! Да он делает для неё всё, только вот, казалось сама Сменкина этого в упор не замечала. Она не глупая — это Арт понял сразу. Здесь явно другие причины.
— А ты?
— Что я? — рассечённая бровь метнулась вверх, демонстрируя непонимание Мещерякова, — Малая, я тебя не понимаю.
— Рыцарь бы проводил даму, а ты так не сделал, — Надя сложила руки на груди. В данный момент она не выглядела семилетним ребёнком, скорее женщиной лет тридцати, которая пытается вразумить своего сына, — Значит, ты не рыцарь, Тёма.
Он молчал несколько секунд, пока резко не подскачил и не умчался в прихожую. Быстро натянул на ноги сапоги, набросил на плечи куртку и крикнул:
— Я ушёл. Дверь никому не открывай.
***
Кира шла неторопливо и постоянно озиралась по сторонам. Чувствовала, будто за ней следят. Странно, но она отчётливо слышала позади себя шаги, рваное дыхание, словно некто долго пытался догнать её.
Двойняшки и Муромов часто встречались на одной заброшке. Здание невысокое и отчасти целое, его просто не достроили — может по причине прекращения спонсирования проекта. Друзья собирались на последнем этаже, болтали и веселились. Когда были меньше, то частенько устраивали прятки, ибо в здании находилось немало мест, где можно укрыться.
Поднявшись по лестнице, Сменкина сразу зацепилась за хорошо знакомую фигуру друга. Он стоял у отверстия в стене, где предполагалось окно. Шапка крупной вязки натянута по самые глаза, укрывая каждую рыжую прядку. Прямое тёмное пальто явно не подходило к окружающей обстановке, слишком уж дорого выглядело.
— Илья?
— П-привет, Кира, — голос дрожал, но вот, не от холода.
— У тебя что-то случилось? — девушка старалась вести себя спокойно, подавляя волнение от незнания.
— Я хотел… — вздохнул, переводя дыхание, — Хотел кое-что сказать, — он сделал несколько шагов и остановился прямо перед ней. Янтарные глаза встретились с карими, но не выдержав напряжения, взглянули в сторону, — Я… люблю тебя. Да именно так!
Сменкина подумала, что какой-то тяжёлый предмет упал ей на голову. Хотела закрыть уши, показав, что ничего не слышала. Хотелось убежать. Хотелось сделать всё, только бы не слышать этих слов от него.
Понимая, что не может ответить на его чувства взаимностью, она боялась обидеть его. Кроме, дружеской привязаности к нему ничего не тянуло.
— Я… Илья, прости, — Кира, словно в отчаяние замотала головой, — Не могу… Я не люблю… Я… — слова невнятным потоком вылетали из неё.
Муромов молчал. Конечно, у него не было никакой уверенности, что на его чувства ответят взаимностью, но от этого боль не проходит. Словно насквозь прошёл холодный меч, деляя его на части.
— Ладно, я понял, — Илья махнул рукой, в попытке остановить подругу, что продолжала извиняться, — Кроме того, я уже слышал новости. Жаль, что узнал об этом не от тебя.
Он ушёл. Обошёл её стороной так, как будто они и не знакомы вовсе.
Как только его шаги стихли, Сменкина подошла к стене. Казалось, ноги больше не хотят держать её.
Вдох. Выдох. Внутри разрастался неприятный осадок. Она не могла потерять такого друга, как Илья. Он будто её старший брат. Всегда поддерживал, помогал и просто был рядом. Как всё разрушилось в один момент?
— Зачем мучаешь парня?
Этот голос. Только не он. Только не сейчас.
Мещеряков вынырнул из темноты. В несколько шагов сократил расстояние и встал прямо перед ней. Такой разбитой он её не видел. Глаза влажно сверкали, намекая на возможные слёзы. Нижняя губа прикусана, в попытке задержать их. Сейчас в ней не было той стали, к которой он так привык.
Ему самому почему-то стало от этого тошно.
— Тебе уже давно надо прекратить закрывать глаза на чувства Муромова, — слова звучали не так уверенно, как он себе представлял.
— А мои чувства? — подала голос Кира, — На мои чувства когда-нибудь откроют глаза?
Он стоял к ней максимально близко, едва не вжимая в стену. Ощущал всё, даже как быстро застучало её сердце.
— Что? — глупый вопрос, но это единственное на что у него хватило сил.
— Я не могу полюбить его, потому что люблю другого!
Сменкина ловко проскальзнула между ним и стеной и убежала прочь. А парень так и остался стоять, пиля взглядом стену. Внутри что-то хруснуло от её слов, давая почву для злости. Кулаки сжались сами собой.
Удар. Крепкий и сильный. Прямо в стену, на которой осталось красное яркое пятно.
========== Глава 9 ==========
— Держи, — Виктор мягко улыбнулся, стараясь выглядеть спокойно, хоть внутри всё и сжималось от одного лишь взгляда на сестру.
Она абсолютно разбита. Глубоко и плотно скрытые чувства накатили совершенно неожиданно и резко. Хотелось плакать ещё, но слёзы просто не шли, задерживаясь у самых глаз. Киру едва заметно потрясывало, что было особенно заметно по рукам, крепко обхватившим кружку с горячим чаем.