Некоторое время мне не видно было ни того, ни другого. Затем при мелькнувшем на секунду свете фонарика я разглядел, что мистер Пайк гоняется за черным предметом. Он, очевидно, догнал его у снастей правого борта и успел обмотать свободным концом троса. Когда судно накренилось в правую сторону, я услышал там какую-то возню. Второй помощник бросился на помощь к старшему, вдвоем при помощи веревок они задержали убегавший предмет.
Я тоже сошел вниз взглянуть, в чем дело. При свете фонарика мы увидели большую, всю обросшую раковинами, бочку.
– Она плавает, по крайней мере, сорок лет, – решил мистер Пайк. – Взгляните, какие огромные раковины и какие у нее бакенбарды.
– Она не пустая, в ней что-то жидкое. Надеюсь, не вода, – сказал мистер Меллэр.
Я храбро предложил свою помощь, когда они, пользуясь промежутками между налетавшими волнами, покатили бочку к баку. В результате я сквозь перчатку порезал себе руку острым краем сломанной раковины.
– Тут, несомненно, какая-то жидкость, но мы не будем пробовать ее до утра, – сказал Мистер Пайк.
– Но откуда взялась эта бочка? – спросил я.
– Ясное дело, что из-за борта; больше ей неоткуда было явиться, – ответил мистер Пайк, направляя на нее свет фонарика. – Вы только посмотрите: она, наверно, плавает в море уже многие-многие годы.
– Если это вино, оно должно быть достаточно выдержанным, – заметил мистер Меллэр.
Предоставив им привязывать бочку, я заглянул на бак. Матросы в своем стремительном бегстве не позаботились затворить дверь, и все помещение бака было затоплено. При мерцающем свете маленькой висячей лампочки, сильно коптившей, моим глазам предстала грустная картина. Я убежден, что ни один уважающий себя пещерный человек не согласился бы жить в такой дыре.
В то время, когда я стоял и смотрел, набежавшая волна заполнила все пространство между бортом и рубкой, и через открытую дверь бака меня по пояс окатило ледяной водой. Я должен был уцепиться за косяк, чтобы удержаться на месте. Лежа на боку на верхней койке, Энди Фэй пристально смотрел на меня своими злыми голубыми глазами. А на грубом, сколоченном из толстых досок столе сидел Муллиган Джэкобс, болтал в воде ногами в высоких сапогах и посасывал трубку.
Увидев меня, он выразительно указал мне на плававшие намокшие листки из книг.
– Моя библиотека пошла к черту, – грустно проговорил он. – Вон мой Байрон. А вон Золя и Броунинг и кусочек Шекспира гоняются друг за другом, а за ними тащатся остатки «Антихриста». А вон там Золя и Карлейль так крепко склеились, что их не оторвать друг от друга.
Тут «Эльсинора» качнулась в правую сторону, и хлынувшая с бака вода намочила мне ноги выше колен. Мои мокрые перчатки скользнули по железу, и меня отбросило к шпигатам, где еще раз перевернуло новой волной, набежавшей с наветренной стороны.
Я был ошеломлен и наглотался соленой воды, прежде чем мне удалось ухватиться за перила трапа и взобраться на крышу рубки. Когда я шел по мостику к корме, навстречу мне попалась возвращавшаяся на бак команда. Мистер Меллэр и мистер Пайк разговаривали под прикрытием навеса рубки, а в рубке, когда я проходил через нее, сидел капитан Уэст и курил сигару.
Переодевшись в сухую пижаму, я забрался на свою койку, но не успел приняться за «Ум первобытного человека», как над моей головой снова раздался топот ног. Я ждал, не повторится ли этот топот. И услышал.
Тогда я стал одеваться.
Сцена, которую я застал на корме; была повторением предыдущей, только люди были еще более возбуждены и еще больше напуганы.
Они говорили все зараз, перебивая друг друга.
– Замолчите! – рычал на них мистер Пайк, когда я подошел. – Говорите по одному и отвечайте на вопросы капитана.
– Теперь это уже не бочка, сэр, – сказал Том Спинк. – Это что-то живое. И если не черт, так выходец с того света. Я видел его, как вижу вас сейчас. Он – человек, или когда-нибудь был человеком.
– Их было двое, сэр, – перебил его Ричард Гиллер, один из «каменщиков».
– Мне показалось, сэр, что он смахивает на Петро Маринковича, – заговорил опять Том Спинк.
– А другой был Иесперсен – я хорошо его рассмотрел, – добавил Гиллер.
– Не двое, а трое их было, сэр, – вмешался Нози Мерфи. – Третий был О'Сюлливан. Это не черти, сэр, это утопленники. Первого увидел Соренсен. Он схватил меня за руку и показал, и тогда я тоже увидел его. Он стоял на крыше передней рубки. И Олансен его видел, и Дикон, и Хаки.
Все мы видели его, сэр. А потом и второго. А когда все бросились бежать, я еще оставался, и тогда увидел третьего. Может быть, их там и больше. Я не стал ждать и тоже убежал.
Капитан Уэст остановил его.
– Мистер Пайк, потрудитесь выяснить эту чепуху, – проговорил он усталым голосом.
– Есть, сэр, – ответил мистер Пайк и повернулся к команде. – Идемте все со мной. На этот раз придется вязать трех чертей.
Но люди подались назад, не слушаясь приказания.
– За два цента… – буркнул было себе под нос мистер Пайк, но сдержался и не продолжал.
