Мятежная полностью

Слышу голоса и ругаю себя. Чем ты занимаешься? Поторопись!

— Имя моего брата, — доносится до меня. — Я хочу, чтобы ты его назвала.

Голос Тори.

Как она прошла симуляцию? Она тоже дивергент?

— Я его не убивала.

Теперь говорит Джанин.

— Думаешь, это освободит тебя от ответственности? Полагаешь, ты и так не заслужила смерти?

Тори даже не кричит, а завывает. Из ее рта изливается все горе, которое она сдерживала столько лет. Я иду к двери, видимо, слишком быстро, поскольку задеваю бедром за угол стола и вздрагиваю от боли.

— Причины моих действий за пределом твоего понимания, — заявляет Джанин. — Я хотела пожертвовать малым во имя общего блага, такого, которое ты никогда не осознавала, даже когда мы учились в одном классе!

Хромая, я добираюсь до двери из матового стекла. Она отъезжает в сторону, пропуская меня. Я вижу Джанин, прижавшуюся к стене, и Тори с пистолетом.

Между ними стеклянный стол, на котором стоит серебристая коробка. Компьютер. И клавиатура. Противоположная стена является огромным монитором.

Джанин смотрит на меня, но Тори не сдвигается ни на дюйм. Похоже, она даже не слышит моих шагов. У нее красное, залитое слезами лицо, рука дрожит.

Я совсем не уверена, что найду видеофайл. Пока Джанин жива, я могу заставить ее, но если она умрет…

— Нет! — ору я. — Нет, Тори!

Но ее палец уже на спусковом крючке. Я бросаюсь вперед изо всех сил, ударяя ее в бок. Раздается выстрел, и я слышу крик.

Ударяюсь головой о плитку. Плюю на звездочки перед глазами и снова бросаюсь на Тори. Откидываю оружие в сторону.

Идиотка, почему ты его не схватила?

Кулак Тори ударяет меня в шею. Я начинаю задыхаться, и она скидывает меня и ползет к пистолету.

Джанин сидит на полу у стены. Кровь течет по ее ноге. Ноге! Я со всей силы ударяю Тори по ее ране на бедре. Она орет от боли, а я резко вскакиваю.

Подбегаю к лежащему стволу, но Тори тоже не мешкает. Она обхватывает меня руками за ноги и дергает. Я грохаюсь на колени, но я все еще выше ее. Ударяю сверху вниз ей по ребрам.

Она стонет, но не останавливается. Я снова пытаюсь ползти, но она впивается зубами мне в руку. Боль несравнима с любой, которую мне доводилось испытывать от ударов или от пуль. Я воплю из всех сил. Слезы застилают глаза.

Я никогда не была бы способна на такое, если бы не необходимость отбить Джанин у Тори и получить то, что мне надо.

Я выдергиваю руку у нее изо рта, у меня темнеет в глазах от боли. Выбрасываю руку вперед, хватаю рукоятку. Разворачиваюсь и навожу пистолет на Тори.

Моя рука залита кровью, как и подбородок Тори. Стараюсь не обращать внимания ни на что и продолжаю целиться в Тори.

— Не думала, что ты предатель, Трис, — говорит она. Ее голос больше похож на рык зверя, а не человеческую речь.

— Ошибаешься, — отвечаю я, смаргивая слезы, чтобы лучше ее видеть. — Трудно объяснить прямо сейчас, но… я только прошу, поверь мне. Есть нечто важное, и только она знает, где…

— Это так! — шипит Джанин. — Оно на этом компьютере, Беатрис, и только я могу его найти. Если ты не поможешь мне выжить, оно умрет вместе со мной.

— Она лгунья, — возмущается Тори. — Если ты ей веришь, то ты дура и предатель одновременно, Трис!

— Я действительно ей верю. Ведь все абсолютно логично! Самая важная информация спрятана именно здесь, Тори!

Я делаю глубокий вдох и начинаю говорить тише.

— Пожалуйста, выслушай меня. Я ненавижу ее не меньше, чем ты. У меня нет никаких причин защищать ее. Я говорю тебе правду. Это действительно очень важно.

Тори молчит. На мгновение мне кажется — я ее убедила.

— Нет ничего важнее ее смерти, — произносит Тори.

— Если ты так считаешь, несмотря на мои доводы, то оставайся при своем мнении, — продолжаю я. — Но я не собираюсь позволить тебе убить ее.

Тори с трудом поднимается на колени, вытирая с подбородка мою кровь. Глядит мне прямо в глаза.

— Я — лидер Лихачества, — заявляет она. — Не тебе решать, что мне делать.

Прежде, чем я успеваю подумать…

И прежде, чем я понимаю, что надо стрелять…

Тори выхватывает из голенища сапога длинный нож, делает рывок вперед и вонзает Джанин острие в живот.

Я кричу. Джанин издает ужасный звук, смесь воя и бульканья. Тори сжимает зубы. «Джорж Ву», — произносит она имя своего брата. И я вижу, как нож снова входит в тело Джанин.

И ее глаза стекленеют.

Тори встает. С бешеными глазами поворачивается ко мне.

Я цепенею.

Все, что я сделала, чтобы попасть сюда — сговор с Маркусом, просьба о помощи к эрудитам, лестница на высоте третьего этажа, по которой пришлось ползти, выстрел в саму себя, пусть и в симуляции, — зря. Я принесла все в жертву, в том числе мои отношения с Тобиасом, жизнь Фернандо, собственное будущее в Лихачестве — и все напрасно.

Спустя мгновение открывается стеклянная дверь. В комнату врываются Тобиас и Юрайя, готовые к бою. Юрайя кашляет, наверное, от яда, но сражение окончено. Джанин мертва, Тори победила, а я — предатель-лихач.

Тобиас останавливается как вкопанный, едва не споткнувшись, когда видит меня. Его глаза расширяются.