— Ваше величество, — не сразу пришла в себя Аманда, разглядывая совершенную красавицу. Ей удалось сдержать свою челюсть, тянущуюся от изумления к земле, и склониться в почтительном поклоне.
Богиня водоемов — а это определенно была она — внимательно оглядела нежданную гостью, и на ее лице появилась слегка насмешливая улыбка.
Аманда заставила себя оторваться от рассматривания неземной красоты и смущенно опустила глаза. Она вспомнила это неземное существо. Определенно богиня водоемов спасла ее той ночью от верной гибели.
Богиня, как и ее младшая помощница, умела читать мысли, так как царственная, слегка надменная улыбка стала еще шире.
— Да, припоминаю, — кивнула она. — Ты оказалась в воде после проказливых шалостей перетимов.
Аманда была удивлена, что такая важная персона не только помогла ей, но и помнила об этом случае.
— И часто вы приходите на помощь простым смертным? — осторожно спросила она.
Богиня водоемов усмехнулась.
— И не мечтай, — категорично ответила она. — Я знаю, зачем ты сюда явилась. Мы все знаем. Правда, Онория?
— Правда, Шермут, — отозвался кто-то, и из пустоты возле трона появилась пожилая женщина.
Она была уже в возрасте, но назвать ее "старушкой" просто язык не поворачивался. Величественная, изящная, степенная, она глядела на Аманду горделивым взглядом своих золотистых глаз. Ее седоватые волосы с голубым оттенком, рассыпались по крепким плечам, напоминая вычурные облака. Одета Онория была в длинное желтое платье, которое при каждом грациозном движении женщины переливалось золотом. От нее одновременно исходило солнечное тепло и прохлада грозового неба.
Аманда прикрыла глаза, морщась от досадной оплошности. Как же она сразу не догадалась? Виновато улыбаясь, она поглядела на Фрею и произнесла:
— Богиня земли, — догадалась она.
Девочка кивнула и улыбнулась. Аманда перевела взгляд на Шермут:
— Богиня водоемов. — Затем она поглядела на Онорию: — И неба. Сестры-богини.
— Все так, все так, — Онория побарабанила изящными пальчиками по спинке трона и спросила: — А ты, значит, пришла просить нас принять участие в чужой битве?
Амнда покраснела. Как же им легко удалось ее раскусить. Да, она пришла сюда именно за этим и не собиралась отступать, даже видя явный отпор богинь.
— Верно, — согласилась она. — Я пришла просить вас о помощи. Только вы обманываете, говоря, что эта война "чужая". Она касается всех жителей Глин-Гудвика, будь то простые смертные или боги.
Изящно очерченная бровь Онории поползла вверх, то же самое случилось и с бровью Шермут.
— А ты дерзишь, девочка, — отчеканила богиня неба.
— Возможно, — не отрицала Мэнди. — Но я с детства не привыкла льстить и всегда говорю правду.
Аманда и в самом деле была удивлена своему нахальству. Мало того, что нежданно-негаданно явилась к богиням, так еще говорила с ними будто на равных.
— Не мы развязали эту бойню, и не нам ее завершать, — снова вмешалась в разговор Шермут.
Глаза девушки прищурились.
— Верно. Но вы не преминете воспользоваться плодами победы сиу над сесенарами, если они в тяжелой кровавой схватке одолеют противников. О, какие перспективы откроются для вас и для духов, если несчастный угнетенный народ ценой тысяч погибших сможет победить легион! — в голосе девушки возник холодный сарказм. — Вы тут же выберетесь из подполья и станете довольно властвовать на земле, что когда-то звалась Саггарт.
— Ты рискуешь, девочка, — в голосе Онории слышались стальные нотки. — Что сделали люди для нас, чтобы мы им помогали? Бросили на произвол судьбы столетия назад, а сами подчинились легиону.
— Но они хотят избавиться от этого гнета! — парировала Аманда. — Потому и борются за свою свободу. Вы же, как и легион, наблюдаете со стороны, кто кого сильнее порвет на части. Чем вы лучше магов в таком случае?
Девушка была так возбуждена, что забыла, с кем имеет дело, и почти кричала на богинь:
— Ведь это трусость прятаться в подземелье, пока кто-то проливает кровь, в том числе за вашу свободу.
— Но мы не в силах сражаться с легионом, — услышала Аманда тоненький голос Фреи и обернулась к девочке. — Однажды они нас уже победили.
— А не пришло ли время взять реванш? — дерзко спросила девушка.
— Тебе легко говорить, — ответила Шермут. — Чем рискуешь ты?
Внутри Аманды заклокотала обида.
— Чем рискую я? — переспросила она. — Как и остальные — жизнью. Причем не только своей.
Ласковый взгляд девушки упал на живот.
— Ах да, — кивнула богиня водоемов и тоже посмотрела Аманде на живот, словно видела его насквозь. — Твой смуглый малыш.
Смуглый. Черноволосый. Аманда сердито нахмурилась. Где справедливость? Она мучается, а ребенок будет похож на Йена.
