Я снова улыбнулась. Странно, но нервозность прошла, я чувствовала себя спокойно и даже уверенно. Что ж, Пресветлые никогда не пририсуют лишней буквы к написанной ими судьбе. И если мне необходимо было пройти мимо каменного стража, чтобы потом состоялся этот разговор и я смогла взять себя в руки - значит, так тому и быть.
- Пойдем, - я дернула мужа за рукав, и Дик, мгновенно подобравшись, потянул меня в один из коридоров.
Я не знала, чего мне стоит ждать. Была готова и к тому, что Мелисса будет сидеть в тесном каменном мешке, и поговорить мне с ней позволят только через решетчатое окошко в двери, и к тому, что ее, как представительницу старейшей семьи Ан-Риох-Даонны, поселят в роскошных многокомнатных апартаментах (если таковые здесь имеются). И все же не знала, как реагировать на крохотную - меньше спальни в придорожной гостинице - комнатку, разделенную надвое прозрачной упругой стеной. Меньшая часть была со стороны двери, там, где я остановилась на пороге, и включала в себя несколько стульев вдоль стены и половину выдвинутого в центр стола. На большей части отделенными оказались кровать, кресло, придвинутое к столу, и ширма, скрывающая угол для умывания.
Ярким пятном в этой серой, безликой комнате без окон выделялась Мелисса. Я сама не уверена в причине, по которой решила встретиться сначала именно с ней. Просто... поступки Даррела я еще могла как-то для себя объяснить, понять, чем он руководствовался и почему действовал так, а не иначе. Но вот эта девушка оставалась для меня загадкой. Как можно было даже подумать о том, чтобы принести в жертву собственного ребенка в угоду семейной безумной мечте? Как можно было так холодно и расчетливо идти к этому, идти практически по трупам, не считаясь ни с кем и ни с чем, не принимая во внимание даже мнение предполагаемого отца? Аристократы никогда и не считались святыми, высший свет - это собрание всевозможных пороков, отрицательных качеств и приверженности соблазнам, так почему именно в этой невероятно красивой девушке собралось все самое худшее, все, что переставало делать ее человеком?..
Я смотрела через эту прозрачную стену на сидящую в кресле с книгой Мелиссу - и осознавала, что, наверное, я все же не хочу ничего слышать, ведь разговор тет-а-тет - это не более, чем моя блажь. Но ведь я уже здесь... Нужно закончить начатое.
Мелисса демонстративно игнорировала пришедших, хотя сомневаюсь, что в книге, которую девушка держала на коленях, она видела хоть строчку. Тогда, в кабинете Ричарда, мне хотелось рассмотреть ее поближе. В театре мне была интересна ее реакция, ее эмоции. Сейчас же я поняла, что желания понимать Мелиссу у меня нет. Наверное, я добралась до цели - и перегорела. Ненависть, выжигающая душу, погасла в тот миг, когда я увидела эту девушку, запертую в подвале, окруженную защитными заклинаниями.
На спину легла широкая ладонь. Повернув к Дику голову, встретила его вопрошающий взгляд. Неуверенно пожала плечами и вновь посмотрела на... преступницу?
- Мелисса, - позвал Ричард. Теплое дыхание коснулось волос, и это подействовало странно успокаивающе - так я чувствовала, что он рядом, за моей спиной, поддержит и оградит от всего мира. Иногда даже - буквально.
Девушка медленно закрыла книгу, отложила ее и только после этого повернулась к нам. На ее губах расцвела широкая улыбка, нелепая и пугающая в своем контрасте с холодной ненавистью глаз:
- У меня гости. Какая честь! Пришла за ответами, Элизабет? Захотела услышать все лично, протоколы допроса тебя не удовлетворили?
- Я их не читала, - спокойно ответила я, переступая порог и пододвигая к столу один из стульев. Девушка с вежливым интересом следила за моими действиями.
- Дик, как же так? - с наигранным удивлением выгнула бровь Мелисса, опираясь руками на столешницу по другую сторону разделяющей нас прозрачной стены. - Ты без всякой подготовки привел свою нежную романтичную жену на исповедь зверя?
- Мне не нужна ваша исповедь, мисс Шепард. А нежная романтичная девушка вашими стараниями все же умерла четыре года назад. В чем-то вы все, к сожалению, преуспели. - Расправив юбки, я села за стол напротив Мелиссы. Чуть повернувшись к мужу, попросила: - Оставь нас вдвоем, пожалуйста. - Ричард, нахмурившись, отрицательно мотну головой. - Дик, пожалуйста.
- О том, чтобы оставлять вас наедине, не было и речи, - Ричард исподлобья посмотрел на Мелиссу, с непроницаемым выражением лица следившую за нашим разговором.
- Разреши мне этот последний безумный каприз, - я попыталась улыбнуться, но улыбка получилась скорее грустной, чем просительной.
Муж долго смотрел мне в глаза, после чего отступил в коридор:
- Последний, Лиза. Ты сама это сказала.
- Последний, - подтвердила я.
Муж закрыл дверь, и в ту же секунду прозвучал тихий, задумчивый голос сидящей напротив девушки: