- Благодарю, мистер Доусон.
Мама, наверное, за такое поведение долго бы читала нотации, напоминая, что в любой ситуации нужно оставаться леди, достойной как фамилии отца, так и фамилии мужа, что ни перед кем - и в том числе слугами - я не имею права показывать свою слабость, что аристократка никогда не забывает про манеры и этикет. И в другой жизни я прониклась бы, исправилась, сейчас же... Я отвыкла от этого, улицы и весьма сомнительные места, где я пыталась заработать себе еду, быстро выбили из меня с детства прививаемые привычки и правила поведения. И уже не было желания возвращаться ко всему этому. Руками я, конечно, есть не стала - хотя и такое случалось, особенно поначалу, - но и задирать нос, демонстрируя свое дворянское происхождение, больше не хотела. Еще утром я разговаривала с аристократкой, представительницей одной из пяти древнейших семейств Ан-Риох-Даонны, высшей знатью... И не увидела за блеском титулов и происхождения ничего, кроме гнили и тьмы. Так есть ли смысл быть такой же высокомерной и "хорошо воспитанной", если действительно хорошее воспитание и человеческая мораль уже ничего не значат?..
Ох... не время думать сейчас о том, что от аристократки во мне осталось только имя. Нужно вспомнить о другом - откладывать вопрос о моем присутствии в жизни Ричарда больше нельзя.
Дик ожидал моего появления, стоя у окна. Мистер Доусон закрыл двери за моей спиной, на какое-то время оставляя нас с мужем наедине, и я снова почувствовала трусливое желание сбежать от него, так ничего и не выяснив - Ричард оставался таким же мрачным и раздраженным. Окинув неодобрительным взглядом мой наряд - не знаю, что дернуло меня надеть на первый свой "официальный" ужин брюки, - он протянул руку к тонконогому круглому столику у окна и позвонил в колокольчик, после чего приглашающе махнул рукой:
- Прошу. Ужин сейчас принесут.
Мы никогда еще не ужинали в таком напряженном молчании: Дику не хотелось давать объяснений своим действиям, я же ощущала каждый любопытно-настороженный взгляд, брошенный снующими с подносами слугами. И если я старалась закончить как можно быстрее, муж не торопился. Несмотря на мое возмущенное сопение и требовательное покашливание, он даже не подумал пойти навстречу. Обиделся. Не желает признавать себя неправым. Хотя впору на его самоуправство обижаться мне.
Отставив бокал с водой и звякнув приборами на отодвинутой тарелке, я откинулась на спинку стула, демонстративно постукивая ногой по полу. От нечего делать стала рассматривать столовую, которой во время еды не уделила ни секунды внимания.
Светлое, просторное помещение, используемое, по всей видимости, нечасто. Центральное место занимал стол - массивный, на шести ножках, способный вместить за собой более двух дюжин человек и накрытый только для нас с Диком. Вдоль стен, безо всякой системы, но на удивление гармонично, были расставлены маленькие кованые столики со светлыми столешницами, такие же, как и тот, что стоял у окна с колокольчиками для вызова прислуги. На каких-то из них стояли цветочные композиции, на других - графины с напитками в окружении бокалов. По обоям в широкую полоску, на которых сменяли друг друга нежно-зеленый и теплый бежевый, взгляд скользил легко, его не раздражали даже разбросанные чьей-то небрежной рукой по всему полосатому полотну золотые короткие линии, вспыхивающие, когда на них попадал солнечный луч из трех высоких окон по правую руку от меня. Пол выложен также светлым деревом, и мне жалко слуг, которым приходится поддерживать его в таком идеальном состоянии. Темными пятнами в этом царстве светлых тонов были двери: одна - за моей спиной, для прислуги, другая - за спиной Дика, ведущая в гостиную, где можно было провести послеобеденное время за неторопливыми разговорами, утонув в мягком кресле с бокалом вина в руке.
- Понравилась столовая?
Я вздрогнула, услышав голос мужа, и перевела взгляд на него:
- Понравилась бы, если бы не было так... безлико и необжито.
- Эта столовая практически не используется, - пожал плечами муж.
- Я знаю, - кивнула, - ты никогда не приглашаешь гостей в этот дом. Почему?
- Какие-то бумаги я в любом случае храню здесь - это неизбежно. Таким воришкам, как ты и твой бывший напарник, до них не добраться - сейф защищен моей кровью, никакие ключи-артефакты не помогут. Но на приеме в собственном доме и я, и бумаги становимся более уязвимыми - толпа, алкоголь и атмосфера расслабленности могут сослужить плохую службу. Когда гости здесь появляются поодиночке, мне гораздо легче все контролировать.
И это является одной из проблем - его стремление контролировать.
- Паранойя, необходимая придворному магу для сохранения своей жизни и секретов короля? - я усмехнулась, склонив голову на бок.
- Можно назвать и так. - Дик сделал глоток и отставил бокал. - Пойдем?