Крис Лонгкнайф — дочь привелигированных родителей. Отец — премьер-министр, мать — непрревзойденный политик. Ее воспитывали лишь для того, чтобы она была красивой и удачно вышла замуж. Но наследие Лонгкнайф взыграло в крови Крис и, вопреки ожиданиям родителей, она записывается в Космофлот.
— Там, внизу, маленький, испуганный ребенок.
Баритон капитана Торпа отразился от жестких металлических стен десантного отсека “Тайфуна”. Десантники, за минуту до того проверяющие боевые скафандры и оружие, готовясь к спасательной операции, сейчас ловили каждое его слово.
Энсин Крис Лонгкнайф разделила внимание: часть изучала влияние слов капитана на мужчин и женщин, которых она скоро поведет за собой. За свою короткую, двадцатидвухлетнюю жизнь, она слышала много причудливых речей. Другая часть сознания слушала слова командира и чувствовала, как они накатывают на нее, проникают внутрь. Проникают так глубоко, что волосы на загривке встают дыбом, появляется неистребимое желание разорвать ублюдков на мелкие кусочки.
— Гражданские пытались вызволить ее, — Крис отметила паузу подлиннее. После нее голос капитана стал более мрачным: — У них не получилось. Сейчас же они позвали своих псов.
Десантники рядом с Крис в ответ на слова капитана зарычали. Крис работала с ними всего четыре дня. Получив приказ, “Тайфун” должен был отправиться выполнять задание через два часа. Капитан Торп собрал в космическом доке лишь небольшую часть экипажа. И лейтенанта, который должен командовать высадкой, найти не удалось.
И вот энсин-новичок по фамилии Лонгкнайф окружена десантниками, отслужившими в Корпусе от трех до двенадцати лет, дрожащими от нетерпения сделать что-то конкретное и опасное.
— Вы учились. Вы старались, — слова капитана били стаккато не хуже пулемета. — Вы готовились к этому с первого дня, как присоединились к Корпусу. Вы можете спасти похищенную девочку с закрытыми глазами, — в тусклом свете десантного отсека его взгляд светился внутренним огнем.
Его ладони сжались в кулаки. Крис скосила взгляд на свои — тоже сжались. Да, бойцы готовы, все, кроме одного новичка-энсина. Крис молча помолилась:
— Бойцы, через пару минут начнется высадка. Я хочу, чтобы вы надрали подонкам задницы и вернули маленькую девочку обратно в материнские объятья, где ей и место.
— Ур-ра! — вырвалось из глоток двенадцати рвущихся в бой мужчин и женщин, не успел капитан развернуться и медленно направился к выходу.
Как только взвод вернулся к подготовке, Крис глубоко вдохнула. Запах брони, боеприпасов, масла и настоящего человеческого пота заставили ее вернуться в реальность. Это ее миссия и ее команда. И она увидит, как одна маленькая девочка вернется домой в целости и сохранности. Этот ребенок будет жить.
Крис отогнала внезапно нахлынувшие воспоминания о другом ребенке. Туда дороги для нее не должно быть.
Вдруг, не доходя до выхода, капитан Торп остановился прямо перед Крис, наклонился, приблизив лицо почти вплотную к ней.
— Сохраняй голову, энсин, — шепотом прорычал он. — Доверься интуиции. Доверься взводу и сержанту. Они хорошие солдаты. Коммодор считает, что у тебя есть все, что нужно, даже если ты из тех самых Лонгкнайф. Покажи мне, на что способна. Захвати ублюдков. Хотя, если ты так же пуста, как и твой старик, пусть сержант узнает об этом прежде, чем ты струсишь. Он закончит миссию. А я отвезу тебя прямиком к мамочке как раз к очередному балу дебютанток.
Крис смотрела на него застывшим лицом и скрутившимися в пульсирующий узел внутренностями. Капитан доставал ее с первой же минуты, как та ступила на борт, никогда на радовался и всегда подначивал ее всякими гадостями. Ну, она еще ему покажет, чего стоит.
— Да, сэр! — крикнула Крис прямо в лицо шкипера.
Бойцы вокруг ощерились, пытаясь угадать, какие именно слова выбрал капитан для новичка энсина. Капитан усмехнулся. Угрюмость, усмешка или рычание, вот все, что Крис когда-либо видела на его лице с момента появления на борту. И неужели сейчас на этом лице появилась какая-то новая эмоция? Капитан отвернулся прежде, чем Крис успела что-то рассмотреть.
Не ее вина, что отец последние восемь лет подписывает законы Вардхейвена. И она не имеет ничего общего с прадедами, чьи фамилии прописались на страницах исторических учебников. Пусть бы капитан сам попытался вырасти в тени таких людей. Он, так же, как и Крис, отчаянно пытался бы сделать свое имя, найти свое место. Это, пожалуй, главная причина из множества, почему Крис пошла в Космофлот.