— Она не проведет тебя внутрь, — гулко рычит мерзкая тварь. — Зачем тебе хлопотать о ее спасении?
— Нет, только не эта, — повторяет мисс Мур. — Прошу тебя.
— Мы решаем, кто спасется, не ты. Если ты начнешь заботиться о них, тебе не видать удачи.
Тварь разрастается, заполняя собой все небо. Ее похожее на череп лицо уже больше луны. Рот разевается, открывая острые неровные зубы.
— Беги! — кричит мисс Мур. — Беги, Нелл! Беги изо всех сил! Не пускай ее в свой ум!
И я бегу. В теле Нелл Хокинс я несусь со всех ног, поскальзываясь на камнях. Каблук попадает в расщелину, лодыжка резко подворачивается. Морщась от боли, я ковыляю дальше, вниз по склону утеса, а тварь преследует меня. При этом тварь пронзительно вопит от ярости.
Страх заполняет каждую клеточку моего тела. Я погибну… Нужно закрыть свой ум. «Джек и Джилл поднялись на гору, чтобы набрать ведерко воды. Джек упал и сломал себе шею, и Джилл упала следом за ним».
Я добираюсь до скользких мокрых камней внизу. Морские волны хватают меня за ноги, ботинки промокают насквозь. Тварь приближается. Ох, боже, она догоняет меня…
«Джек и Джилл, Джек и Джилл, Джек и Джилл…»
Тварь так близко… Я продолжаю бежать вперед, я падаю в бурное море. Я тону. Легкие болят, растеряв весь воздух. К поверхности поднимаются пузырьки. Я борюсь с течением. Я падаю! Я открываю глаза. Они передо мной, все три. Какие бледные у них лица! И темные круги под глазами. Крик под водой не слышен. И когда меня выдергивает из глубины пара сильных рук какого-то рыбака, я все еще продолжаю кричать.
На меня вновь что-то давит. Видение заканчивается, и я опять оказываюсь в желтом свете квартиры мисс Мур. Теперь я знаю правду. Я пытаюсь встать, но у меня подгибаются ноги. Наконец я с усилием поднимаюсь. Уходя, я даже не тружусь захлопнуть за собой дверь. Лестница шатается подо мной. Я спотыкаюсь о собственную ногу и падаю.
— Ох, вы в порядке? — спрашивает миссис Портер.
Я не в силах ответить. Мне необходимо выйти на улицу. Воздух. Мне нужен воздух. Миссис Портер тащится следом за мной.
— Вы написали ей насчет платы за квартиру?
Я, шатаясь, выхожу на ночную улицу. Я дрожу с головы до ног, но это не от холода. Это магия пронзает меня, лишая сил.
— Мисс Мур! — кричу я в темноту. Но мой голос едва слышен, это просто хрип. — Мисс Мур!
Они маячат на повороте улицы, ожидая меня, эти кошмарные девушки в белом. Их тени становятся все длиннее, длинные темные пальцы ползут по мокрым булыжникам, все сокращая и сокращая расстояние между нами. Знакомый голос вползает мне в уши:
— Наша госпожа там, внутри. У нас есть провидица. Она покажет нам Храм.
— Нет… — выдыхаю я.
— Он уже почти наш. Ты проиграла.
Я пытаюсь отмахнуться от них, но руки у меня едва шевелятся. Я падаю на мокрый тротуар. Тени накрывают меня, омывая мраком…
— Пора умереть…
Пронзительный свисток констебля оглушает меня. Тени отступают.
— Спокойно, мисс. Мы доставим вас домой.
Констебль поднимает меня на руки, несет по улице. Я слышу уверенный стук металлических подковок его сапог по булыжнику. Слышу свистки, чьи-то голоса. Я слышу свой голос, повторяющий снова и снова, как мантру:
— Простите меня, простите меня, простите меня…
Кто-то задергивает занавески. Комната погружается в серовато-коричневую тьму. Я не в силах говорить. Том и бабушка стоят у моей кровати. Я слышу еще один голос. Это доктор.
— Лихорадка… — говорит он.
Но это не лихорадка. Это магия. Я пытаюсь объяснить им это, сказать хоть что-нибудь, но не могу.
— Тебе нужно отдохнуть, — говорит Том, держа меня за руку.
Я вижу в углу комнаты трех девушек, они ждут, эти молчаливые улыбающиеся призраки. Темные круги под их глазами напоминают о похожем на череп лице твари на утесе.
— Нет, — говорю я, но с губ слетает лишь едва слышный шелест.
— Тсс, спи, — говорит бабушка.
— Да, спи, — ласковым шепотом повторяют за ней девушки. — Потом разберешься.
— Вот это поможет ей заснуть…
У доктора оловянный голос. Он достает откуда-то коричневый пузырек. Том колеблется. Да, добрый Том… Но доктор настаивает, и Том подносит пузырек к моим губам. Нет! Я не должна это пить. Не должна уплывать в никуда. Однако у меня не осталось сил. Я отворачиваю голову, но у Тома сильные руки.
— Пожалуйста, Джемма!
Девушки сидят, положив руки на колени.
— Да. Это так сладко. Выпей и спи. Наша госпожа уже там, внутри. Так что спи себе.
— Давай, засыпай, — откуда-то издали советует голос Тома.
— Увидимся в твоем сне, — говорят девушки, когда я впадаю в наркотическое оцепенение.
Я вижу Пещеры Вздохов, но не такими, как раньше. Это не развалины, а величественный храм. Я иду по узким туннелям. Когда я касаюсь пальцами неровных стен, на них оживают поблекшие росписи, вспыхивая красным и синим, зеленым и розовым, золотисто-оранжевым. Я вижу изображения разных мест в сферах. Лес Света. Водяные нимфы в их угрюмых глубинах. Корабль-горгона. Сад. Руны Оракула, такие, какими они были до того, как я разбила их. Золотой горизонт по другую сторону реки, куда должны уйти наши души. Женщины Ордена, соединившие руки.
— Я нашла его, — бормочу я распухшим от опиата языком.