Мятежный наследник полностью

— Ну, мне определенно кажется, что Луна подходит тебе больше, чем Солнце.

Тут я вскинул бровь.

— Потому что я лунатик?

— Ага, конечно. А еще тьма, таинственные вибрации.

Джиа продолжала бродить по дому, не обращая внимания на мое настойчивое желание побыстрей убраться.

— Не возражаешь, если я поднимусь на второй этаж?

Похоже, я и не собирался избежать этой участи, а отчасти и вовсе хотел показать ей как можно больше, как будто привыкал к присутствию Джии в доме.

Вместо ответа я подтолкнул ее локтем и повел за собой вверх по лестнице.

Джиа провальсировала по спальне и распахнула дверь, ведущую на крышу.

Последние лучи солнца освещали волнующийся океан. Джиа замерла, наслаждаясь вечерним воздухом и пейзажем. Эта восхитительная девушка с развевающимися волосами, не отрываясь, глядела на воду.

Довольно долго мы простояли молча, прислушиваясь к шуму волн, а потом она вдруг заговорила:

— Если бы я жила здесь, клянусь, никогда бы отсюда не уехала.

В моем извращенном воображении мгновенно промелькнул образ Джии в наручниках, прикованных к кровати.

Не можешь приказать своим мыслям заткнуться?

Когда она зачем-то повернулась, я не удержался и выпалил:

— Знаешь, а ты настоящая красотка!

— Держу пари, что ты говоришь это всем девушкам, которых доводишь до своего балкона.

Я старался не водить женщин к себе домой. Обычно приходил к ним сам. В дом они попадали чрезвычайно редко, только тогда, когда этого невозможно было избежать. И я никогда не пускал их в эту спальню с балконом, использовал для «развлечений» гостевую комнату на первом этаже.

— Ты первая девушка, стоящая на нем.

Джиа нахмурила лоб.

— Ты серьезно?

— Ага. Парень я необщительный. Никогда не приводил сюда женщин. Здесь… наверху… это как бы мое святилище.

— Тогда как же ты позволил мне сюда вторгнуться?

— Дьявол его знает. Думаю… я доверяю тебе… или что-то в этом роде.

— Что-то в этом роде? — Она удивленно подняла брови.

— Что-то, чего я не могу понять. Схожу с ума по тебе. С той самой секунды, как в первый раз увидел. Ты что-то такое сдвинула во мне, что я не могу сдержать.

— Ну так… не сдерживай.

Я подошел поближе и заправил прядь волос за ее ушко.

— Похоже, как будто я хочу защитить тебя и одновременно развратить. Ужасно.

— Вовсе нет. Это мило.

— Если бы ты заглянула прямо сейчас в мои мысли, то не думала бы, что это мило.

— Думаю, у меня есть смутное представление.

Мне так сильно захотелось поцеловать ее, но вместо этого я посмотрел на телефон.

— Нам надо идти.

— Ты заказал столик?

— Ага. Мы потеряем бронь.

Джиа помедлила, а потом произнесла:

— Ты не возражаешь, если мы зависнем здесь? Нет настроения идти в ресторан. У меня чувство, будто я уже полжизни провела в ресторане. Мне бы хотелось посидеть на этой террасе с бокалом вина. Может, закажем что-нибудь навынос?

Джиа выразила ровно то, о чем я и мечтал, если бы до такой степени не боялся остаться с ней наедине.

Не услышав ответа, она сказала:

— Но если ты не хочешь…

— Нет. Все в порядке, — выпалил я, — можем остаться здесь.

Вечер становился все более сложным для меня.

Раш заказал итальянскую еду из ресторанчика под названием «Маргарита», расположенного через дорогу от его берлоги.

Мы выпили немного вина, закусывая баклажанами, пармезаном и креветками. Выглядел он намного более расслабленным, чем раньше.

Наверху было обалденное патио, и мы валялись в двух шезлонгах. Он потягивал вино, курил, а его волосы развевались на ветру. Уже стемнело, поэтому огонек его сигареты мерцал ярче.

Весь вечер он держался на расстоянии не менее двух футов. Но я не могла выбросить из головы вчерашний поцелуй и, конечно, желала, чтобы он придвинулся ближе. Так сильно и так страстно меня еще никто не целовал. Даже представить боялась, каков же он в постели.

После ужина мы болтали о множестве разных вещей, в том числе о том, как проходило наше детство, о его разнообразных занятиях. Мы умудрились поговорить обо всем, кроме того, что в действительности происходит между нами.

А сейчас мы молча пялились на океан.

— Мне здесь так спокойно. Здесь все дышит миром.

— Никому до тебя не показывал это зрелище.

— До сих пор не могу в это поверить.

Прежде чем протянуть ко мне руку, он потушил сигарету.

— Мне нравится, что ты здесь. Очень.

Заметив тень беспокойства на лице Раша, я сжала его руку.

— Кажется, тебя это немного напрягает. Что плохого в том, что тебе нравится мое присутствие?

Прежде чем нарушить тишину, он долго молчал.

— Не терпи от меня никакого дерьма, Джиа. Договорились?

— И что это значит?

— Если я начну приставать, поставь меня на место.

Было ясно, что Раш внутренне очень боится причинить мне боль. Может, корни этого страха уходили в те времена, когда его отец бросил мать.

— Знаешь, я могу ранить тебя так же сильно, как и ты меня. Помни, что имеешь дело с дочерью женщины, которая бросила мужа и ребенка. Во мне тоже течет дурная кровь. Но я не собираюсь париться из-за этого. И не боюсь тебя, Раш.

— А надо бы.

— Почему?