— А-аа, — протянул чиновник. — Увы, господа, мы ничем помочь не можем. Таможня такими вопросами не занимается. Обратитесь лучше к бейлифу Бедде. Он живет на Яблоневом Взгорке, у него дом с коричневой черепицей.
— Может, сдать злодеев в полицию? — Оскару очень не хотелось куда-то идти и беспокоиться о людях, которые едва не захватили его корабль. — Пусть проведут следствие…
— В любом случае бейлифа известить необходимо, — толстяк нагнал голосу холодности. — Даже если это не в его компетенции, он знает, как поступить. И да, господа… хотелось бы узнать: собираетесь ли вы отпускать на берег своих людей?
— А как нам иначе оповестить бейлифа? — я взглянул на него, явственно ощущая мысли о лишней монете. — Экипажи, скорее всего, останутся на кораблях, а вот у нас есть дела в Ромси.
— В таком случае загляните в контору, чтобы получить разрешение, — быстро заговорил морщинистый. — В городе неспокойная ситуация, гарнизон приведён в повышенную боевую готовность. Сами понимаете, каждое новое лицо, появившееся здесь, вызовет подозрение. Проявите благоразумие. Всего доброго.
Проводив таможенников, мы некоторое время стояли молча у борта, глядя на плывущую к берегу шлюпку. Оскар сплюнул в воду и недовольно проворчал:
— Никогда не любил речную таможню. Придумали правила, которым приходится подчиняться, ибо — королевские чиновники! Из любой мелочи сумеют извлечь прибыль в свой карман!
— Разве нахождение каравана на фарватере не освобождает от уплаты пошлины? — удивился я.
— Слава богам, что до Речной Хартии не добрались, крысы! — шкипер поправил треуголку. — Но разрешение на посещение города относится только к морским портам! А кто-то посчитал, что и на реках можно безнаказанно вытягивать из кармана подданных королевства звонкую монету!
— И никто не подавал в суд? Это же нарушение Хартии!
— Сразу видно, Игнат, что ты в Дарсии никогда не жил, — махнул рукой Оскар.
— Так и есть. Поэтому никогда не подвергал сомнению работу таможни.
— Хартия — не свод законов, а всего лишь кодекс договоренностей между всеми участниками. Купцы, капитаны, таможенные службы однажды сели кружком и пришли к соглашению. Лет сорок никто не нарушал ни одного пункта, потому что иначе санкции серьёзно били по карману. Да и не только санкции. Репутация тоже много значит в нашей профессии. Но таможенники исподволь стали всевозможными путями обходить запреты, пользуясь своей властью. Где-то показали фальшивый указ короля, где-то запугали некими последствиями… Вода камень точит, Игнат. И вот мы сегодня вынуждены платить за право сойти на берег!
Он снова сплюнул за борт, не заметив, что к нам подошел Пенберти. Судя по хмурому выражению на лице, ему пришлось расстаться с частью денег.
— Сколько? — не выдержав, рассмеялся я.
— Пять крон.
— Но за что? Мы же в нейтральных водах.
— За проверку товара. Вдруг контрабанда, — кисло улыбнулся управляющий. — Якобы сейчас очень шаткая ситуация в торговле из-за блокады. Впрочем, господин Максэнли этот момент учитывал и выделил на него из финансового резерва немного денег.
— Говорю же, эти крысы найдут возможность урвать свою долю! — шкипер продолжал пыхтеть от злости, не понимая, что ничем не поможет Пенберти своими эмоциями.
— Николь, не желаете со мной сойти на берег и посетить бейлифа? — я посмотрел на унылого управляющего. — Надо спихнуть с рук бандитов. Пусть местные власти ими занимаются. Хоть вешают, хоть домой отпускают.
— Стоило тогда их тащить в Ромси? — криво усмехнулся Пенберти. — Прирезали бы по дороге и в воду — на корм рыбам.
Не ожидал такой кровожадности от человека, никогда не державшего в руках оружия. Уловив моё недоумение, Пенберти пояснил:
— Я вовсе не жажду крови, но ситуация на реке очень нервозная, а мы тут еще масла в огонь подливаем. Отпустим эту четверку — они нам обязательно отомстят на обратном пути. Расскажут барону, кто был виновником их разгрома, и соберут куда больший отряд, чем в прошлый раз. Перехватят по дороге. Уверен, способы найдут, лишь бы отыграться. А так пропали, да пропали. Чёрт с ними.
— В следующий раз я обязательно поинтересуюсь вашим мнением, — без шутливых ноток в голосе ответил я, глядя на управляющего.
— Спасибо, командор.
Он, как и мои штурмовики, взял в моду называть меня именно так, а не «кондотьер», «сеньор» или «глафорд». Дурной пример заразителен, как бы я с ними не боролся.
— Господин капитан, не прикажете ли спустить лодку на воду? — Пенберти слабо улыбнулся. — Пожалуй, стоит наведаться в гости к местному бейлифу. Заодно и пронюхаем, что творится в провинции.
Пока Калифер по приказу Оскара искал нам гребцов на лодку, сигнальщик дал приказ Ричу прибыть на флагманское судно. Я не хотел брать с собой охрану, полагая, что бывший пластун справится с этой ролью куда лучше, чем пятеро штурмовиков. Да и незачем привлекать внимание горожан вооруженной толпой.
На берег нас доставили гребцы, и я отправил их обратно, потому что Оскар опасался оставлять своих людей в городе после ночной атаки на караван. Мы могли при случае заночевать в Ромси, а утром вернуться на судно.
