В сотый раз не получив ответа на звонок, Джерри обходит строение. В одном из окон цокольного этажа горит свет. Он заметил его сразу, как только завернул за угол. Подойдя ближе, он наклоняется так, чтобы увидеть всю его площадь и приходит в замешательство. За шестнадцать лет их с Николасом дружбы Джерри ни разу не доводилось видеть ничего подобного. Срываясь на бег, он надеется лишь на то, чтобы входная дверь не была заперта…
***
Мятная веточка 3
"Не по силам забыть твоего силуэта
Он вот тут вот,
В груди!
Навечно!
Будь со мной рядом,
Хотя бы во снах-
Они бесконечны…"
(Александра Грасс)
POV Николас
Нервы напряжены до предела. Кажется, будто я растянут в разные стороны и любое движение, любая лишняя мысль разорвет меня на части.
Нервы, словно хоккейная клюшка, готовы ударить точно в центр боли.
Почему я вижу Тебя?! Почему не могу найти?!
Злость.
Я её осязаю.
Она стала абсолютно материальной.
Она бежит по венам, накрывает моё сознание, мой здравый смысл.
Я устал!
Когда реальность обрушивается горой боли, два гиганта человеческих чувств начинают борьбу между собой. Любовь и ненависть во мне пытаются пересилить друг друга.
Неужели можно испытывать, что-то подобное к человеку из сна?!
Понимаю, что никто, кроме меня, не сможет со всем этим разобраться. Но мне так нужен мудрый совет. Как космонавту кислород в космосе. Без него он погибнет в течение нескольких минут.
А я?
Кажется, что я нахожусь в этом самом космосе.
Вдыхаю, а зря!
Ответы!
Они нужны мне!
Без них я задыхаюсь…
Она так реальна в моих видениях. Даже сном не назвать время наших "ночных встреч".
Видя её силуэт, я до боли, до готовности потерять жизнь ради неё, ощущаю любовь.
Уверенность, что мы знаем друг друга всю жизнь, не даёт мне понять, осознать, хотя бы на минуточку задуматься о том, что Она не существует!
Дышать – это то, о чём я забываю, проснувшись.
Отчаяние, горечь, нервная дрожь, злость – вот этим я наполнен. Когда я понимаю, что всё это, лишь игра моего мозга и больного воображения, я НЕНАВИЖУ.
Ненавижу все вокруг, но особенно жизнь, в которой нет Её.
Семнадцать лет!!!
На протяжении семнадцати лет, Она живёт в моей голове, во сне уверяя мой мозг в своём существовании.
Говорит слова любви.
Но поутру разбивает мою жизнь на осколки, в которых остаётся лишь Её образ.
…я люблю тебя, Коля…– эхом звучит её голос.
…догоняй!…
Бью со всей силой по стене, которая стоит перед глазами бледно-красным полотном. Именно это каменное проклятье всякий раз поглощает её нежный силуэт, растворяя в себе безупречное тело.
…я люблю тебя, Коля…
Я слышу!
Я отчётливо слышу эти слова!
Они побуждают наплевать на сбитые в кровь костяшки.
И я бью.
Хочу разрушить, разбить эту стену! Даже если это будет стоить сломанных рук.
Не важно!
Только бы достать Её любым способом. Вырвать из сна.
Кажется, что сломав эту преграду, которая плотно стоит между нами все эти годы, моя Мятная выйдет с той стороны и сможет остаться в этом мире.
удар..... ПОТОМУ!
удар.....ЧТО!
удар..... ТЕБЯ!
удар.....НЕТ!
Кровавые пятна от сдертой кожи растеклись по поверхности, как печать моей злости.
Боли не ощущаю, в ушах противно заложило и лишь в голове отчётливо звучит набатом единственно верная цель – УНИЧТОЖИТЬ.
…я люблю тебя, Коля…
Я слышу Её голос.
Он в этой комнате.
Она уже здесь!
Удары следуют один за другим все чаще и чаще. И мне кажется, что я почти у цели.
– Ещё немного, родная, и я освобожу тебя! Ещё немного…
***
– Какого черта, Николас?! Остановись!
Джерри с силой толкнул друга в спину.
– Эй, успокойся! Что случилось?!
Он испуганно рассматривал Николаса, а тот лишь каким-то сумасшедшим м взглядом пялился на окровавленные руки, разбросанные опилки и жадно глотал ртом воздух.
–Николас, ты грушу разбил!? Черт, ты все руки в хлам разшиб!
Джерри не решился подходить к Николасу. Он выключил орущую музыку, в тишине рухнул на стул и в ступоре уставивлся на явно слетевшего с катушек друга.
Он смотрел на Николаса с окровавленными руками и бешеным взглядом, на металлическую цепь, которая всё ещё монотонно покачивалась, а вместо мощного спортивного атрибута, наблюдал выпотрошенную до последней опилки старую боксёрскую грушу, больше похожую на мешок из-под картошки.
Николас медленно расхаживал по залу, громко дыша. Сейчас он был похож на загнанного животного. Вроде бы пелена аффекта спала и ему даже стало чуточку легче, но в груди всё ещё бушевал отчаявшийся зверь, желающий получить ответы…
***
POV Николас
В цокольном этаже я расположил
самодельный набор гантелей и такие же самодельные брусья со швецкой стенкой для занятий спортивной гимнастикой. Именно спортивная гимнастика служила одним из немногих напоминаний о моём покойном отце.
Мы вместе попали в страшное ДТП. Он погиб сразу, а мне сильно досталось от удара головой. Следствием этого была полная потеря памяти.
Постепенно я восстановился, занимаясь обычными делами. Только иногда удивлял и себя, и знакомых.
Правда, отца я так и не вспомнил. Не смог. Знаю только то, что мама рассказывала мне о нем.
