И как ни странно, она ни разу не вспомнила о книге, о которой он упоминал, пока не услышала звонок почтальонского велосипеда и не увидела на крыльце прямоугольный пакет. Обратный адрес отсутствовал, но, судя по штемпелю, пакет отправили из Томпкинсвилля.
Дрожащими пальцами Мелани вскрыла пакет и сорвала несколько слоев упаковочной бумаги. В руках у нее оказалась солидная книга в черном кожаном переплете, озаглавленная «Справочник современной ведьмы».
В первый момент Мелани ощутила отвращение, но потом вспомнила о своей дилемме. А вдруг книга содержит какие-нибудь сведения по вопросу невидимости? Мелани открыла книгу на оглавлении и пробежалась по названиям разделов: «Десять самых важных отваров», «Как накладывать чары», «Как наслать порчу», «Как заставить пропасть молоко матери», «Как построить пряничный домик», «Как превратить повесу в лягушку»…
Разочарованная, она стала перелистывать книгу, выискивая глазами интересующие ее слова. Она почти уже потеряла надежду, когда наконец наткнулась на искомое.
Один из подзаголовков первой главы гласил:
ОТВАР № 3
Устраняет невидимость, возникшую в результате злоупотребления метлой.
Поначалу Мелани испугалась, что не сможет подобрать нужные ингредиенты. Но список оказался настолько обыденным, что все нашлось у нее на кухне.
«Возможно, — подумала она, — все дело в магических заклинаниях, которые нужно повторять в тот момент, когда смесь будет кипеть».
Вскоре ее любимый стильный горшок фирмы «Ревере», наполненный всем необходимым, весело побулькивал на новомодной газовой плите. Наполнивший кухню аромат сильно напоминал грибной суп, что было неудивительно: в рецепт входило полбанки грибов.
Мелани подождала, пока смесь прокипит указанное время, взяла книгу и прочитала магическое заклинание:
Слова не несли особого смысла, но руководство предписывало повторить их двадцать раз, и Мелани так и сделала. Закончив, она налила в мерный стакан указанную дозу зелья, подождала, пока оно остынет, и залпом выпила.
На вкус оказалось вполне терпимо. Поставив стакан, Мелани перешла в гостиную и уселась в кресло.
«А может, — с запозданием подумала она, — все это уловка, и только? Не станет же мистер Михельсон бесплатно возвращать мне материальность после того, как приложил столько усилий, чтобы она исчезла? А может, вместо того, чтобы стать видимой, я превращусь в белую ворону? Или вернувшийся с работы Фред обнаружит на кухне мяукающую черную кошку?»
Но ни в кого она не превратилась, а просто продолжала сидеть в кресле, рассеянно уставившись в пустой экран телевизора — прямоугольный, ничем не примечательный экран. И все же, если повернуть его немного в сторону, так, чтобы солнце падало на него, он станет выглядеть как окно, скажем, как окно мансарды. Оно отражает лучи полуденного солнца и каждый раз, когда качели поднимают тебя вверх, отражение на миг ослепляет…
…вверх и вниз, вниз и вверх. Вспышки света ослепляют, заставляя щуриться. В спальне наверху — странная тишина. На дороге, ведущей к дому, появляется машина. Это доктор. Машина проезжает рядом с кленом, на ветке которого висят качели…
Доктор вылезает из машины, и тебе хочется заглянуть в его черную сумку — а вдруг в ней твой новорожденный братик. Но доктор мягко отстраняет тебя и спешит в дом, где твой отец мерит шагами гостиную. Потом ты слышишь, как они оба поднимаются в спальню твоей матери и, ничего не понимая, возвращаешься на качели.
Седьмое лето ты сидишь и ждешь, что крик умолкнет, но он не умолкает. Наконец у тебя кончается терпение, и ты убегаешь. Ты бежишь, бежишь, бежишь вниз по переулку к полосе ежевики, сквозь нее, оцарапав голые ноги, и дальше в лес, туда, где стоит огромный дуб, под которым ты всегда переживаешь все страхи и разочарования. Ты сидишь под ним всю вторую половину дня, всхлипывая и дрожа, пока на закате твой отец не находит тебя и не уводит домой.
