Шанс свернуть в последний момент с дороги к катастрофе все еще сохранялся. Его предоставлял визит в Багдад для встречи с Саддамом Хусейном Генерального секретаря ООН, возможность которого проговаривалась в «пятерке» еще в конце ноября. 9 января в телефонном разговоре Э.А.Шеварднадзе с Дж.Бейкером была достигнута договоренность еще раз попытаться предотвратить военную развязку, оказав всемерное содействие миссии Переса де Куэльяра в Багдад. 11 января о ней было официально объявлено в ООН. В тот же день МИД СССР выступил с заявлением. «Мы обращаемся ко всем сторонам, – говорилось в нем, – и особенно к Ираку с призывом осознать всю серьезность момента, проявить жизненно необходимое в такой ситуации чувство ответственности за судьбу региона, за судьбу своих народов». МИД подчеркивал: «должны быть предприняты самые энергичные политико-дипломатические усилия с тем, чтобы отвести район Персидского залива от пропасти военного конфликта, который будет иметь самые разрушительные последствия для живущих здесь народов, и в первую очередь иракского».8
У Переса де Куэльяра был обширный опыт отношений с иракцами, особенно в последние тяжелые для Багдада шесть лет ирако-иранской войны. Тогда усилия Генерального секретаря ООН по ее прекращению Багдад ценил. Однако предпринятая Генсеком 30 августа 1990 года попытка склонить Ирак к уходу из Кувейта была решительно отклонена. Встреча Куэльяра с Азизом проходила в Аммане. Там Азиз соглашался лишь на то, чтобы отпустить заложников, но не иначе как в обмен на обязательство не применять против Ирака силу. Вопрос же о Кувейте при этом вовсе выводился за скобки как якобы уже окончательно решенный. И вот теперь Генеральному секретарю ООН предстояло встретиться с С. Хусейном ради еще одного, теперь уже действительно последнего усилия избежать войны. Два с половиной часа длилась его беседа с президентом Ирака и три часа с Тариком Азизом. В ночь с 13 на 14 января он улетел из Багдада, не добившись ничего. По возвращении в Нью-Йорк Куэльяр сказал репортерам, что С. Хусейн не проявил ни малейшего желания уходить из Кувейта и что иракские власти не предложили ничего, что можно было бы рассматривать как шаг в сторону мира.9
Вечером 14 января Генеральный секретарь подробно доложил Совету Безопасности о своих безрезультатных разговорах в Багдаде. С иракской стороны своего рода послесловием к визиту в Багдад Генсекретаря ООН стало принятие 14 января парламентом страны решения отстаивать принадлежность Кувейта к Ираку всеми средствами, включая военные.
И тем не менее Перес де Куэльяр уже под самый занавес мирной паузы – вечером 15 января обратился к Саддаму Хусейну с настоятельным и, как о нем сказал тогдашний заместитель Генсека ООН по делам Совета Безопасности В.С. Сафрончук, «драматическим призывом» выполнить требования СБ. Действительно, обращение было составлено эмоционально, что вполне оправдывалось обстоятельствами. Смысловое же содержание обращения включало в себя следующее. Призвав президента Ирака «немедленно начать вывод войск из Кувейта», Куэльяр заверял, что «в случае начала этого процесса не будет совершено нападение ни на Ирак, ни на его вооруженные силы». Сам он выражал готовность инициировать направление наблюдателей ООН и, при необходимости, войск ООН для предотвращения инцидентов, поставить в Совете Безопасности вопрос о «пересмотре решений относительно санкций против Ирака», содействовать процессу вывода иностранных войск из региона и, наконец, сославшись на полученные им заверения правительств, обещал, что по разрешении настоящего кризиса «будут предприняты все усилия, чтобы заняться на всеобъемлющей основе арабо-израильским конфликтом, в том числе палестинским вопросом».10
Принципиально важным было также то, что это обращение Генсекретаря ООН было поддеражано всеми постоянными членами Совета Безопасности. Так что содержавшиеся в нем гарантии имели под собой значительно большую основу, чем просто личный и служебный авторитет самого Переса де Куэльяра. Однако Ирак проигнорировал и этот призыв, и эти вполне почетные для себя условия.
По мнению В.С.Сафрончука, Ирак относился к миротворческим усилиям Генерального секретаря ООН без должного внимания и уважения. Через несколько дней после начала военных действий Багдад направил Куэльяру письмо, составленное в незаслуженно обидных выражениях, а потом поступил и того хуже – опубликовал в иорданских газетах стенограмму разговора между Куэльяром и С. Хусейном, хотя разговор был сугубо конфиденциальный.11 Попросту говоря, Багдаду захотелось хоть как-то «насолить» Генсеку ООН. Но разве Перес де Куэльяр был виноват в том, что на Ирак обрушились бомбы и ракеты? Он как раз старался (в рамках своих возможностей, естественно), чтобы этого не случилось. Выбор сделал Багдад.
