В совместном заявлении по итогам встречи акцент был сделан на полном и немедленном осуществлении резолюции 660 Совета Безопасности. Новый элемент, подсказанный обстановкой, состоял в подчеркивании необходимости восстановления в Кувейте законной власти. В адрес Багдада было сделано предупреждение, что «международное сообщество не может и не будет мириться с агрессией или способствовать ей».7 На состоявшейся во «Внуково – 2» пресс-конференции Э. Шеварднадзе усилил это предупреждение, заявив, что если резолюция 660 Совета Безопасности не будет реализована, в повестку дня встанет вопрос о другой резолюции, чтобы иметь основу для принятия соответствующих мер. При этом он подчеркнул, что у СССР нет планов военного вмешательства.
Хочу выделить один момент. Бейкер в своих мемуарах так излагает позиции сторон и подготовку к встрече, что у читателя невольно складывается впечатление, будто содержавшийся в заявлении совместный призыв к всеобщей приостановке поставок оружия Ираку исключительная заслуга американской дипломатии, которой чуть ли не за уши пришлось вытягивать Советский Союз согласиться на него. Бейкер ни словом не обмолвился, что СССР в одностороннем порядке и за день до встречи во «Внуково – 2» уже принял и объявил решение не поставлять оружие Ираку. Пойдя на это первым, Советский Союз по логике вещей самым прямым образом оказался заинтересованным в том, чтобы и другие поставщики оружия последовали его примеру. Проблема поэтому заключалась вовсе не в призыве к другим, а в том, чтобы этот призыв не повис в воздухе. Вот почему Э. Шеварднадзе и ставил перед Бейкером вопрос о позиции Франции – второго по величине после СССР поставщика оружия Ираку. И лишь когда Бейкер фактически дал гарантию, что Париж откликнется позитивно и что американский эмиссар уже направлен с аналогичной задачей к третьему по величине поставщику – Китаю, в проекте совместного заявления были сняты скобки с абзаца, содержавшего упомянутый советско-американский призыв к третьим странам.
И коль скоро я упомянул о мемуарах Джеймса Бейкера, хочу сказать, что они интересны, содержательны, но тенденциозны (или претенциозны) в том смысле, что в них очень сильно чувствуется стремление подать весь ход событий после начала кризиса как некое американское шоу, где главным режиссером выступал сам госсекретарь США. Говоря это, я вовсе не хочу умалить роль Соединенных Штатов – она действительно была большой и в ряде отношений ведущей. Очень активно и во многих случаях правильно действовал и Бейкер, за что ему, как говорится, честь и хвала. Но другие государства по большому счету вели себя по отношению к кувейтскому кризису тем или иным образом не потому, что так хотелось Вашингтону, а руководствуясь прежде всего собственным пониманием того, что требовала ситуация и как это соотносилось с национальными интересами и ответственностью страны. Сказанное в полной мере, в частности, относится к тому, как действовала Москва. Но это же можно сказать о Пекине, Токио, Париже и десятках других столиц.
Встреча во «Внуково–2», где было условлено о тесных советско-американских консультациях по кувейтскому кризису, положила начало долгой и интенсивной серии контактов, которые осуществлялись в Москве, Вашингтоне и Нью-Йорке, а также через обмены посланиями и телефонные разговоры между главами государств и руководителями внешнеполитических ведомств СССР и США. Достаточно сказать, что только в августе 1990 года между Э. Шеварднадзе и Дж. Бейкером состоялось 11 таких телефонных бесед. В этом плане на мою долю пришлись в основном контакты с послом США в Москве Джеком Мэтлоком. Их было много, бывало, что встречались даже дважды в день. О некоторых я еще расскажу.
Тем временем на Западе и в арабском мире
У себя в МИДе мы тщательно отслеживали реакцию в мире на иракское вторжение. В этой работе мы опирались на официальные заявления высших должностных лиц государств, сообщения наших посольств, агентств печати, высказывания представителей дипкорпуса в Москве, другие источники. Почти сразу стало ясно, что Запад практически единодушен в категорическом неприятии иракской акции. При этом правительства стран Запада не только публично давали ей самую жесткую политическую и правовую оценку, но и принимали практические меры, направленные на защиту экономических и финансовых интересов Кувейта и оказание давления на Ирак. Не дожидаясь решения ООН о введении против Ирака санкций, многие страны ввели их в одностороннем порядке, а страны Европейского сообщества приняли на этот счет и коллективное решение, о чем нас информировал посол Италии как страны – текущего председателя ЕС.
