МИФические личности полностью

Ааз, я ценю твою заботу, и мне необходимо твое мудрое руководство. Ты прав, некоторые пути и варианты выбора я еще даже не рассматривал. Но я должен выбирать свой путь сам. Я хочу когда-нибудь стать лучше, чем я есть сегодня, но не обязательно самым лучшим. Мне думается, Гвидо прав: пребывание на вершине связано с высокой ценой, и я совсем не уверен, хочу ли ее выплачивать… даже будь я убежден, что смогу это сделать, в чем я вовсе не убежден. Но я таки знаю, что если для этого мне придется обходиться без тебя и всех здесь присутствующих, то я предпочту роль грошового фокусника. Такую цену я никогда не заплачу по доброй воле.

Снова воцарилось молчание, когда каждый из нас погрузился в собственные мысли, а затем в центр собрания выскочил вервольф.

– Но что же это, а? – вопросил он. – Это что, великая команда Ааза и Скива, способная посмеяться над любой опасностью?

– Знаешь, Пепе, – мрачно произнес Ааз, – тебя ждет большое будущее в качестве чучела.

– Чучела? – моргнул вервольф. – Но я же не… о-о-о-о. Теперь я понимать. Ви пошутиль, да? Хорошо. Это больше похоже на дело.

– …А что касается смеха над опасностью, – добавил я, твердо решив поддержать свою легендарность, – то я здесь вижу только одну опасность – риск умереть от скуки. Где все-таки Вильгельм?

– Я знаю, Скив, вы с Аазом сильно привязаны друг к другу, – зевнул Корреш, – но тебе надо проводить побольше времени в другом обществе. Ты начинаешь походить на него. Возможно, тебе не помешает в следующий раз отправиться на задание вместе со мной.

– Только через мой труп, – встал на дыбы мой партнер. – Да и чему такому уж особенному, чего не знаю я, он может научиться у тролля?

– Я мог бы научить его не ловить птиц для деволов за десять золотых, – усмехнулся тролль, подмигивая сестре. – Этой частью его образования ты, кажется, пренебрег.

– Вот как! – ощетинился Ааз. – Ты собираешься учить его устанавливать цены? Как насчет того случая, когда ты наладил родную сестру украсть слона, не потрудившись проверить…

И они снова завели свою волынку. Слушая, я невольно размышлял о том, что хоть и приятно знать глубину чувств своих друзей, но гораздо уютнее ощущать ее за привычным взаимным подтруниванием. Открытую искренность по большей части труднее принять, чем дружеский смех.

К тому времени, когда появился Вильгельм с нашими личинами, все, в общем, опять вернулось в нормальное русло… оно и к лучшему, так как процесс маскировки оказался испытанием чувства юмора для всех участников.

Пока я не связался с Аазом, мне никогда не доводилось притворяться кем-либо, кроме самого себя. И поэтому я никак не мог знать, долго ли требуется надевать физическую личину, не прибегая к магии. К тому времени, когда мы покончили с этим, я приобрел новое уважение к обретенному умению, не говоря уж о настоящей тоске по измерению… любому измерению с мощными силовыми линиями для работы.

Большую помощь оказала Тананда, пустив в ход опыт своей работы в Гильдии Убийц. Она взяла на себя руководство нашими новыми ролями.

– Выпрямись, Гвидо! – командовала она, и в голосе ее угадывалось раздражение. – Ты ходишь словно гангстер.

– Я и есть гангстер! – проворчал в ответ телохранитель. – К тому же чем плоха моя походка? Она довела нас до тюрьмы, не так ли?

– Тогда тебя не искало полгорода, – возразила Тананда. – Кроме того, ты мог сам выбирать себе маршрут. Мы не знаем, где затаился противник. И в этой охоте нам придется проходить сквозь толпы, а с такой походкой можно и впрямь дойти до тюрьмы. Искусство переодевания на девяносто процентов состоит в умении двигаться, как твой персонаж. А в данный момент ты двигаешься так, словно ищешь, с кем бы подраться.

– Попробуй ходить, как Дон Брюс, – предложил я. – Он ведь тоже гангстер.

За это я заработал мрачный взгляд, но мой телохранитель попытался следовать инструкциям, ступая на каблуки и семеня ногами.

– Уже лучше, – одобрила Тананда, оставив Гвидо гарцевать взад-вперед по кабинету с хмурым выражением лица.

– Как у нас получается?

– Паршиво, – доверительно сообщила она мне. – Это занимает куда больше времени, чем должно бы. Желала бы я видеть здесь побольше зеркал… черт, любые зеркала не помешали бы.

Лишь начав снаряжаться, мы сообразили, что Диспетчер вообще не держал зеркал. По его словам, зеркала в среде вампиров были непопулярны, да и не нужны. В итоге нам не оставалось ничего иного, кроме как проверять грим и костюмы друг друга, и труд этот был бы титаническим даже при менее ранимых самолюбиях.

– Как мои зубы? – спросила Маша, выставив передо мной голову и открыв рот.

Это походило на заглядывание в глубь подземной пещеры.

– М-гм-м… левая сторона отлично, но с правой у тебя все еще никак. Погоди секундочку, я тебе помогу.