И это были не какие-нибудь там мертвые люди, а люди, из которых прошлой ночью высосали жизнь. Покойников было штук пятнадцать — двадцать, все они были обнажены, и на шее у каждого виднелись следы укусов. Жмурики лежали на спине, уставившись в потолок пустыми глазами.
Я замер, высоко подняв факел и не испытывая никого желания двигаться, пока мои спутники не составят мне компанию.
Я не боялся, что мертвецы мне что-нибудь сделают, — не настолько я суеверен. Меня просто беспокоила мысль, что я могу совершить опрометчивый шаг. Во всяком случае, я пытался себя в этом убедить.
— Кажется, тебе крупно повезло, — сказал Ааз, помогая Гленде выбраться из люка. — Ты сумела пережить эту ночь.
— Похоже на то, — ответила она, тяжело опершись на стол, на котором покоился какой-то мертвый парень. Парень был точной копией бармена из заведения, именуемого «У Одра». Мне уже начинало казаться, что большинство мужчин в этом измерении как две капли воды похожи друг на друга.
— Получается, что они убивают свою пищу, обрекая себя на бескормицу? — недоуменно спросила Танда.
— Думаю, большинство коров так не поступают, — ответил Ааз. — Но мы находимся в королевском за́мке, а на элитный скот правила не распространяются.
— Потрясающе! — вступил я в беседу. — Таким образом, мы оказались в обществе смертоносных коров-вампиров, одна из которых, по слухам, дает золотое молоко.
— Странное местечко, верно? — с глубокомысленным видом заметил Ааз.
— Я это только что и сказал.
— Надо поправить ковер и закрыть люк, — решительно произнесла Танда. — Для того, чтобы по возможности замести следы.
Передав Танде факел, я вместе с Аазом приступил к работе, и через несколько секунд комната оказалась точно такой, какой была до нашего появления.
— Ну а теперь куда? — спросила Гленда.
Я достал карту, развернул и поднес к свету, чтобы Ааз и Танда могли ее видеть.
Морг — комната, в которой мы находились, — теперь был в самом центре карты, а золотая корова перебралась на кухню. Наш путь из морга проходил не через обычную дверь, а через стенную панель в самой глубине комнаты. Если верить карте, то панель вела в потайной ход, протянувшийся по всему за́мку.
— Знаете, — сказал я, — следуя этим потайным ходом, мы будем все дальше и дальше углубляться в за́мок и удаляться от выхода.
— Похоже на то, — согласился Ааз, глядя на карту.
— Но ты же понимаешь, Ааз, что это не имеет никакого значения, — заметила Гленда. — Неужели ты не можешь сказать своему ученику правду?
Мы посмотрели на нее, а она по-прежнему стояла, опершись на стол, декорированный обнаженным трупом.
— Как прикажешь тебя понимать? — спросил Ааз, которому тон Гленды явно пришелся не по душе.
— Очень просто. Мы не сможем выйти из за́мка, не выиграв игру, предложенную нам этой картой. А для выигрыша нам надо поймать золотую корову, которая, видимо, правит всем этим измерением. Вывести нас отсюда может только золотая корова, и тебе это прекрасно известно.
В этот момент я понял, что чрезмерная потеря крови повлияла на ее умственные способности. Мне хотелось лишь одного — как можно скорее убежать или улететь из этого за́мка, чтобы тут же, не теряя ни секунды, скакнуть в другое измерение.
— Неужели? — сказал я с ядовитой улыбкой. — Это же чистое безумие — охотиться за золотой коровой, которая стоит во главе огромного стада вампиров. Даже хуже, чем безумие. Это — настоящее самоубийство. Мы кончим так же, как фураж, который валяется на столах. Гленда, ты нуждаешься в длительном отдыхе.
Все остальные промолчали.
Гленда продолжала смотреть на меня, а я вдруг понял, что ни Ааз, ни Танда не подхватили мою версию о ее безумии.
Я перевел взгляд на своего наставника, лицо которого почему-то приняло баранье выражение.
— Гленда права, — сказал Ааз. — Нам здесь противостоит такая магия, что без помощи карты нам отсюда ни за что не выбраться.
Я вопросительно глянул на Танду.
— Они оба правы, — улыбнулась она. — Даже с помощью Гленды мне лишь с большим трудом удается удерживать защитный экран. Окружающие нас магические силы настолько сильны, что без поддержки свыше нам не выстоять. А карта ведет нас к источнику этой поддержки.
В этот момент я понял, что могу уже считать себя покойником — не хуже, чем все эти ребята на столах. У меня просто не хватило ума, чтобы улечься рядом с ними и перестать дышать. Я еще раз посмотрел на своего наставника, пожал плечами и, придав своему лицу выражение посмертной маски, сказал:
— В таком случае пошли, пока сюда не явились парни с лопатами, чтобы помешать нашей охоте за сокровищами до того, как она началась.
Бросив взгляд на карту, я сложил ее, сунул в сумку и мимо столов с покойниками двинулся к дальней стене морга. Проходя мимо жмуриков, я хотел им сказать, чтобы они не беспокоились, что я обязательно к ним вернусь, и было бы очень хорошо, если бы они зарезервировали для меня столик. Однако промолчал, решив держать свои мрачные мысли при себе.
