Это, как вы понимаете, очень старый трюк. При переходе из яркого света в полутемное помещение глаз приспосабливается не сразу — на это уходит несколько секунд. Эти секунды могут оказаться чрезвычайно опасными, если в том месте, куда вы входите, обретаются потенциальные враги, зрение которых адаптировалось к темноте. Поэтому мой вам совет: вы поступите мудро, если позволите одному глазу — предпочтительно тому, который нужен вам для стрельбы, — заранее приспособиться к темноте. Разница, конечно, небольшая, но и этой малой предосторожности иногда бывает достаточно, чтобы спасти вам жизнь.
Как бы то ни было, но, войдя в помещение, я мгновенно скользнул в сторону (чтобы не маячить на фоне двери, пока та еще была открыта) и осмотрел помещение. Как я уже сказал, окна были закрашены черной краской, а зал и стойку бара освещали мерцающие на низких столах свечи. У столика в углу собралась небольшая компания аборигенов. Я решил оставить их в покое и сосредоточить все внимание на дюжине парней армейского вида, угнездившихся за стойкой бара или рассевшихся за ближайшими к ней столиками.
Насколько я успел заметить, это были сплошь нижние чины без сопровождения офицеров или даже унтеров. Отсутствие командиров означало, что парни оттягиваются вовсю. Они со счастливым видом пили, болтали и перекидывались в картишки, но, как только мы вошли, все взгляды мгновенно обратились на Оссу.
Вы, наверное, еще не забыли, что Пуки экспериментировала, изменяя внешность Оссы с помощью заклинания личины, и в тот момент ее наряд имел лишь весьма отдаленное сходство с обычной армейской униформой. Насколько мне помнится, я описывал указанную униформу, когда рассказывал о нашем с Нунцио кратком пребывании в рядах вооруженных сил, но для тех из вас, кто страдает провалами памяти или забыл прикупить соответствующий том нашей саги, напомню. Форма состоит из фланелевой, прикрытой нагрудником, ночной рубахи с короткими рукавами и юбки, изготовленной из уплотненной кожи. Вообще-то это не совсем юбка, а скорее множество кожаных полосок, закрепленных на талии. Шлем, сандалии и короткий меч великолепно дополняют ансамбль. Униформа сконструирована с таким расчетом, чтобы придавать любому пузатому новобранцу или городскому слизняку вид внушительного вояки.
На Оссе этот, с позволения сказать, мундир смотрелся совсем по-иному.
В исполнении Пуки униформа претерпела грандиозные изменения. Исчезла фланелевая ночная рубаха, а юбка, став существенно короче, прикрывала лишь верхнюю часть бедер, и пояс крепился не на талии, а существенно ниже. Для того чтобы этот ход не остался незамеченным, нагрудник существенно уменьшился в размерах, открывая голый живот с прекрасной формы пупком. Боюсь, что эта часть туалета после подобной трансформации потеряла право именоваться нагрудником.
Словом, у Оссы был такой вид, что ее изображение вполне можно было помещать на развороте журнала для солдат… если подобные издания имеются в данном измерении. Не хватало только фенички в пупке.
Пока посетители заведения упивались незабываемым зрелищем, в помещении царила гробовая тишина. Но Осса открыла рот — и разрушила все очарование.
— Господа, не могли бы вы указать мне лицо, которое осуществляет здесь руководство? — учтиво поинтересовалась она.
— Я могу сказать тебе это, милашка, — ответила какая-то здоровенная туша, вальяжно развалившаяся за ближайшим столиком. — Сержанта сейчас здесь нет, но если хочешь его подождать, присаживайся ко мне на колени.
И он подмигнул своим товарищам по оружию, которые ответили ему гоготом и оглушительным свистом.
Лицо Оссы начало заливаться краской, а мы — те, кто хорошо ее знает — прекрасно понимали, что краснеет она вовсе не от смущения. Нам было ясно, что все мы — лишь в одном шаге от полного доннибрука[167].
К несчастью, нашелся идиот, решивший сделать этот последний шаг. Один из сидевших сзади Оссы воинов, проявив тонкий юмор, приподнял ее юбчонку, чтобы взглянуть, что под ней скрывается.
Под юбкой, невзирая на заклинание личины, находилась настоящая Осса. Вместо того чтобы по-девичьи взвизгнуть или просто одернуть юбку, она молча развернулась и врезала парню по физиономии. Поскольку тот сидел и был чуть ниже ее, она смогла вложить в удар весь свой вес, дополнив его легким поворотом бедер. Парень рухнул (но не через спинку стула, а вместе с его обломками) и недвижно застыл на полу.
Смех мгновенно оборвался, и воины, открыв рот, уставились на павшего товарища.
— Осса, дорогая, — сказала, выступая вперед, Пуки, — разве я тебе не говорила, как должна вести себя настоящая леди?
— Он сам на это нарывался, — кипя негодованием, прорычала Осса.
— Верно, — сказала Пуки, — однако тем не менее…
