— Пойдя на это, мы просто сунем головы в петлю, — сказал рыжий пижон. — До сих пор все их обвинения строятся на слухах и домыслах. Приняв от них деньги, мы полностью признаем, что совершали поступки, в которых нас пытаются обвинять, и у них появятся основания для нашего ареста. Если же мы попытаемся заявить, что согласились на их предложение в шутку, нас обвинят в мошенничестве. В любом случае брать у них деньги нельзя.
Тут до меня дошло, что мы имеем дело с юристом, который, как известно, является совершенно особым подвидом бандита и с которым я уж никак не рассчитывал здесь встретиться.
— А как насчет Королевского заказника? — пискнул один из разбойников.
— А что с ним такое? — спросил я, искренне изумившись.
— Разве вы ничего не слышали о планах продажи заказника лесозаготовительным компаниям? — столь же искренне изумился он.
— Какие еще планы? Ты что-нибудь знаешь об этом, Нунцио?
— Для меня это новость, — ответил кузен. — Но нельзя исключать, что это очередная задумка Гримбла. Готов спорить, что босс ничего об этом не знает. Ведь ему на подпись подсовывают столько бумаг…
— Ага! — восторженно возопил рыжий. — Так я и знал! Эти парни работают на правительство! И все это представление — всего лишь тайная полицейская операция, попытка загнать нас в ловушку.
После этого собрание пошло вразнос, и я решил, что остается единственный выход.
— Всем заткнуться!!! — взревел я.
Все замерли, уставившись на меня.
— Властью, предоставленной мне Великим Скивом, объявляю вас членами Конфликтной комиссии общины «Герб Шервуда»! — гаркнул я и, немного выждав, с широкой улыбкой добавил: — В этой связи вам следует проследовать вместе с нами в королевский дворец, чтобы вы могли изложить свои претензии самому боссу… то есть, я хотел сказать, лично Великому Скиву.
Как это ни удивительно, но наше путешествие домой оказалось очень приятным.
Мы позволили делегатам «Герба Шервуда» сохранить при себе свои луки — в основном для того, чтобы доказать им, что они не находятся под арестом. Когда им наконец удалось расслабиться, о лучших попутчиках мы не могли и мечтать. Они постоянно обменивались шутками и анекдотами о своих охотничьих эскападах и о жизни в предместье, а один из них оказался настоящим заводилой, заполняя возникавшие паузы либо пением, либо представлением смешных сценок.
Само собой разумеется, что мы устраивали соревнование по стрельбе из лука. Они пришли в восторг от наших с Нунцио мини-арбалетов. Дискуссия о качестве оружия плавно переросла в матч по стрельбе. Мы на ходу выбирали случайные цели, но если по правде, то никакого соревнования не получилось. Мы с Нунцио побили их без труда, хотя стреляли первыми, позволяя им вступать в дело, когда цели уже были значительно ближе. Все кончилось тем, что мы передали свои арбалеты Пуки и Оссе, но и женщины оказались более меткими стрелками, чем ребята из «Герба Шервуда». Когда Пуки и Осса приспособились к нежному спуску, игра вообще пошла в одни ворота. Однако шервудские ребята, по счастью, не восприняли это как личное оскорбление и по-прежнему сопровождали каждый удачный выстрел радостным воплем, а каждый промах жалобным стоном.
— Вот что я хочу тебе сказать, старик, — произнес Корреш, стараясь попасть со мной в шаг. Он и Пуки, чтобы не распугать местное народонаселение, по-прежнему носили туземную личину. — Ты и впрямь считаешь, что это хорошая мысль? Я хочу сказать, вся операция была задумана так, чтобы не потревожить Скива. А теперь мы без всякого предупреждения хотим вывалить на него всю банду.
Эта проблема в разных ее вариациях оставалась главной темой наших бесед с того самого момента, как я решил привести бандитов во дворец для встречи с боссом. Каждый из моих соратников поочередно отводил меня в сторону (чтобы не слышали попутчики) и с разной степенью вежливости интересовался, понимаю ли я, что творю.
— Думаю, будет лучше, если я все поставлю на свои места, — сказал я. — Эти парни вбили себе в башку, что наш босс — властолюбивое чудовище, которое спит и видит, как бы оттяпать королевство у Цикуты. Ты босса знаешь. Можешь ли ты представить человека, который, поговорив с ним хотя бы пяток минут, останется при этом идиотском мнении?
— Да, он вызывает симпатию, — согласился Корреш. — Но иногда у него прорезается крутой нрав. Надеюсь, что мы застанем его в хорошем расположении духа. Ну да ладно. Дело сделано. Как-нибудь прорвемся.
Это было произнесено без того энтузиазма, который я так надеялся увидеть у Корреша. Он хоть и тролль, но самый уравновешенный из всей нашей команды. Словом, его тревога не внесла покой в мою душу.
— Что же, кузен, — сказал Нунцио, занимая место Корреша, который отправился пофлиртовать с Пуки, — коль скоро мы почти на месте, как ты думаешь разыграть нашу партию?
Мы приближались к дворцу, и времени на общий анализ и планирование у нас не оставалось, пора было переходить к деталям.
