— Я просто помогала этой очаровательной даме примерять украшения, — затараторила она. — Я заметила, что вы очень заняты. Кроме того, мы очень мило поболтали. Вы же не станете отрицать, что моя работа в том-то как раз и заключается, чтобы помочь посетителю почувствовать себя у нас как дома.
Маша в ужасе уставилась на переодетую пассажную крысу.
— Она не ваша сотрудница?
— Нет, милая дама, — ответил джинн более спокойным тоном. — Здесь, в Пассаже, она занимается опросами покупателей. Взгляните на ее значок. Спасибо за помощь, — сказала он, обращаясь к Лоузи, хотя в голосе его не чувствовалось никакой благодарности, — но в следующий раз, прошу вас, не принимайте на себя чужие обязанности.
— Да, конечно, извините, — воскликнула Лоузи. Она протянула руку и похлопала Машу по плечу. — Я ухожу, дорогая. Мы же получили то, что хотели.
— Спасибо, — ответила Маша с улыбкой. Она дождалась, пока ювелир, щелкнув пальцами, протянул ей чек.
— Вам завернуть, мадам? — спросил джинн, а затем после мгновенного размышления добавил: — Я вас знаю! Мой кузен Римбальди из «Вулкана» рассказывал мне, что одевать вас — истинное наслаждение!
Щеки Маши заалели.
— Спасибо, пакета не надо. Я сразу его надену.
Она надела браслет на руку рядом с другими своими украшениями. Лоузи же поспешно выбежала из лавки и со всех ног бросилась в Крысиную Нору.
— Прекрасно, прекрасно! — восклицал Раттила, снова и снова прикасаясь к браслету. — И она беседовала с тобой. Я все слышал. Как хорошо, что она с такой готовностью открылась тебе и так откровенно отвечала на все твои вопросы! Превосходно выполненная работа!
Лоузи буквально дрожала от счастья, ей не часто приходилось выслушивать похвалы от Большого Сыра.
Раттила попробовал браслет на зуб.
— Замужем, ей нравятся камни синего цвета, очень чувствительна к замечаниям относительно ее телесных достоинств, разбирается в магических предметах. Ну что ж, воспользуемся ее познаниями.
Он вновь вонзил свой коготь в гору мусора и извлек оттуда «Мастер-Кард», прикоснулся к ней браслетом, и оба они засверкали ярким светом. Свечение отразилось в красных глазах Раттилы.
— Да, да! — злорадствовал он. — Я чувствую, как ее сила вливается в мою!
Он закрыл глаза, и перед ним предстал кредитный баланс «Мастер-Кард». Он еще не достиг высшей точки, но она уже была совсем близко. И пока пассажные крысы пели ему хвалу, Раттила извлек более тонкие карточки, менее мощные, чем те, которыми они обычно пользовались.
— Это наш временный инструмент, — осторожно объяснил он своим последователям. — Не прекращайте усилий заставить ее заполнить опросный лист, чтобы мы смогли полностью поглотить ее. А теперь тратьте, тратьте, тратьте! Старайтесь не встречаться с остальными гостями. Пусть то, что произойдет с Машей, станет для господина Ааза сюрпризом. Скоро она полностью окажется в моей власти!
— Вам нравится? — спросила Маша, демонстрируя мне и Коррешу запястье.
— Неплохо, — ответил я кратко. Я не большой любитель всякого рода бижутерии и всегда считал, что естественная красота сияет ярче любых драгоценностей. Но Маша не изверг, и ей не дано этого понять.
— Очень мило, — заметила Эскина.
— А чего оно делает? — спросил Корреш.
— Я… — Маша запнулась. — Ой, знаете, я забыла спросить! Он так восхитительно выглядел на руке, что я совсем забыла задать вопрос о его функциях.
Черное облако вдруг заклубилось у нас вокруг ног, затем поднялось вверх и присоединилось к нашей компании. Мне совсем не понравилось подобное вмешательство, и потому я локтем поддал высокого незнакомца в ребро.
— Ой! — вскрикнула Эскина. — Он меня ударил!
— Извини, детка, это я нечаянно, — извинился я.
Только тогда я понял свою ошибку: пришелец был фантомом, почти нематериальным обитателем Фанты, загадочного и прекрасного измерения, в которое я однажды залетал. Следует признаться, однако, что это далеко не самое приятное место, так как все тамошние женщины могли прикасаться ко мне, а я не мог ответить им тем же, а они все были высокие, чувственные и экзотичные.
Таким же был и длинный парень, появившийся среди нас. По крайней мере таковым он себя, по-видимому, считал. Он ухватился за Машину руку и начал скользить по ней вверх от самых кончиков пальцев.
— Эй, поосторожнее! Драгоценности! — воскликнула она. — И я только что покрыла лаком… О-о-о!.. М-м-м!
На лице Маши появилась широкая, идиотская улыбка. И все-таки у нее хватило сил и ума вырвать руку из объятий фантома.
— Эй, дружище, мы ведь даже не представлены.
— Я творец твоих самых смелых фантазий, детка, — прошептал фантом. — Мне нравятся женщины… э-э… материальные.
Он оглядел ее с ног до головы, и по его черным как ночь глубоко посаженным глазам было ясно, что увиденное ему очень понравилось.
— Итак, что же ты скажешь, детка? — спросил фантом, подходя к спине Маши так близко, что его черные одежды коснулись ее розовых джиннсов. — Мы можем снять номер и повесить на дверях большую табличку «Не входить!».
Маша резко повернулась, отчего фантом чуть не упал.
