— Их силы восстановлены, — со злорадством в голосе воскликнул Раттила, а его красные глазки засверкали истинным торжеством. — Неужели ты не понимаешь, чего мы добились? Мы сможем доить их
— Ох, не знаю, — задумчиво вставил Вассуп. — Стоит ли копить горы богатств, если можно обойтись значительно меньшим. У-у-у-у!
Раттила погасил свой дымящийся палец, а маленькая пассажная крыса отскочила в сторону, стараясь не наступать на обожженную лапку.
— Больше всего на свете я ненавижу, — прошипел Раттила, — всякую грязную мелюзгу, не понимающую гипербол.
— Нас превзошли числом, — пробурчал Корреш, входя в гостиничный номер.
Он открыл дверь и встал сбоку.
— Только физически, — возразил я, падая в кресло. Конечно же, я был расстроен гораздо больше, чем считал нужным демонстрировать. — Если бы они не были моими смертельными врагами, я бы выразил восхищение их тактикой.
— Да-а, — мрачно добавила Маша. — Тем, как один лже-Скив рванул в толпу, а двое других Разыскиваемых-Полицией-Опасных-Преступников выбежали из нее. Все погубило мое мгновенное замешательство. Я не смогла понять, кто из них был настоящим лже-Скивом, и не могла решить, за которым из них гнаться.
— Нам нужны они все, — заметила Эскина. — Необходимо захватить всю живую силу Раттилы с тем, чтобы он не смог больше собирать энергию. Кто знает, сколько ему еще осталось до его заветной цели.
— Придется подождать, пока этот Скив снова не появится, а затем сделать все, чтобы он уже больше от нас не сбежал, — высказал предложение Корреш. — Но какже добиться того, чтобы он появился снова? И как отрезать ему все пути отступления?
— Не знаю! — рявкнул я. — Мне нужно подумать.
— Ну ладно, мужик, — спросил Цира, падая в кресло рядом со мной, свесив свои ластоподобные ручищи, — скажи-ка ты мне, почему ты меня ударил?
— Лучше бы ты спросил, — рявкнул я, подняв на него глаза, — почему я тебя не избил!
— Эй, неужели ты все еще злишься из-за того дельца на Покино? — спросил Цира, попытавшись разыграть оскорбленную невинность.
— В облике зомби ты кажешься мне значительно более привлекательным, — пробурчал я.
На физиономии Пиры появилось выражение абсолютной растерянности.
— И на том спасибо, дружище. Ценю, ценю твою дружбу. Но если бы ты хоть несколько минут побыл в моей шкуре, когда чей-то чужой голос у тебя в голове непрерывно твердит, что ты должен делать, и ты не можешь ему сопротивляться. Ты знаешь, что это значит?
— Нет, не знаю.
— Мы все делаем неправильно, — воскликнула вдруг Маша, взмахнув руками. — Из-за него нам приходится обегать весь громадный Пассаж. Он же слишком велик! Мы не можем охватить его целиком, следовало понять с самого начала.
В раздражении я выложил атлас на стол со словами:
— Мы вывели мяч на его половину поля. Но наша тактика не сработала так, как ожидалось. Вместо того чтобы загнать его в угол и заставить сбросить личину, мы его освободили.
— Более того, мы способствовали тому, что он придумал несколько совершенно новых и остроумных ходов, — заметила Маша.
Я поморщился. Она вовсе не стремилась меня уколоть, но я был уязвлен.
— Я не о том. Теперь остается только надеяться, что до Скива не дойдет слух о том, как его видели прыгающим голым в фонтан, наполненный гуакамолем, или пляшущим в компании пьяных уродливых женщин.
— Или поющим, — добавила Эскина. — Певец из него никудышный.
— По крайней мере от меня он ничего подобного не услышит, — пообещала Маша.
— От меня тоже, — присоединился к ней Корреш.
— А кстати, что случилось с мадам Хлоридией? — поинтересовался Парваттани. — Она так поспешно куда-то удалилась.
— Возможно, вспомнила о какой-то другой договоренности с кем-то, — ответиля. Меня сильно задело то, что Хлоридия смылась в самый ответственный момент, никого не предупредив. — Она ведь женщина очень занятая. Наверное, ей нужно было взять у кого-то интервью. Надеюсь, она скоро вернется.
— А пока у вас ведь есть я! — громко и радостно воскликнул Цира. — Обмен получился весьма выгодным.
— Да уж! — отозвался я.
— Ах, ну что ты, Ааз, — попытался умаслить меня Цира. — Ты что, все еще злишься на меня за то, что я отправил тебя в желейные шахты Хоппенмара?
Я окинул его почти презрительным взглядом.
— Скажем попросту, что я на обозримое будущее вычеркнул тебя из списка возможных спутников в круизах.
Цира раскрыл свои большие зеленые глаза и тоскливо взглянул на меня.
— Дай мне возможность загладить свою вину, дружище. Ну брось, мы же были партнерами!
— Нет! — должен был бы я крикнуть ему в ответ, но слово «партнер» породило в моей памяти цепь не совсем приятных ассоциаций.
— Ну по крайней мере приятелями, — продолжал Цира, его ни в малейшей мере не остановили мои возражения.
