— Вы получите карточку только в том случае, если сможете ее полностью обезвредить, — заключил я.
— Но я обязана вернуть устройство! — выпалила Эскина. — Я искала его целых пять лет. Ученые ждут!
— И что же произойдет в следующий раз, когда какой-нибудь уборщик в алхимической лаборатории не сможет устоять перед соблазном? — спросил я.
Эскина выглядела совершенно убитой.
— Вы правы, — признала она.
— Зато преступника нам все-таки удалось поймать, — напомнил Эскине Парваттани, подходя к ней и кладя ей руку на плечо.
Она бросила на него благодарный взгляд и, улыбнувшись, согласилась:
— Верно.
— Когда вы вдвоем, у вас все так хорошо получается, — сказал я им. — Поразмыслите над этим.
Оба смутились.
— А как же все-таки насчет карточки, Всемогущий? — спросила Маша.
— Она уже принадлежит истории, — выпалил я в ответ.
И согнул ее двумя пальцами. В отличие от карточек порабощенных личностей «Мастер-Кард» не ломалась, как я ни гнул ее и ни крутил.
— Дай я попробую, — предложил Корреш.
Но и ему она не поддалась. Ничего с ней не смогла сделать и вся магия Джиннелли, Пиры, Сибоны, Хлоридии и Вуфла, который наконец-то появился из своего укрытия.
— Я в полной растерянности, — признался я.
— Может быть, вы все-таки отдадите ее мне? — заметила Эскина с сочувствием в голосе. — Она была изготовлена с тем, чтобы противостоять воздействию любых стихий.
— Стихий! — Я щелкнул пальцами. — Джек, ты здесь?
Инженер, занимавшийся контролем окружающей среды в Пассаже, протиснулся сквозь толпу.
— Чем могу быть полезен, Ааз?
Я топнул ногой по сияющему красному полу.
— Что нужно, чтобы добраться до лавы, находящейся там, внизу?
— Похолодание, — широко улыбнувшись мне, ответил Джек. — Резкое и сильное похолодание.
И он указал пальцем на пол. Мгновенно на том месте образовался белый конус.
Когда он закончил, на полу осталось круглое белое пятно. Я со всего маху опустил на него каблук, пятно раскололось, и лава брызнула сквозь осколки пола. Я бросил золотую карточку в жидкую кипящую материю и увидел, как потекла сделанная на ней надпись. Страшный вой множества голосов поднялся от карточки, едва она начала плавиться. Нерасплавившиеся остатки были унесены потоком лавы. Джек простер руки, и дырка затянулась, словно ее никогда и не было. Я отряхнул руки.
— В конце концов это освященная веками традиция, — заметил я, — бросать магические предметы в вулканы, чтобы навсегда избавиться от них.
— Мне гораздо лучше! — воскликнула Маша.
— Мне тоже! — присоединился к ней Корреш.
— И мне! — добавил Марко.
— И мне! — выкрикнула какая-то деволица.
Отдельные выкрики переросли в хор голосов. Наконец все удивленно уставились друг на друга.
— Мораль этой истории в том, что всегда следует быть предельно внимательным с кредитами, в которые вы ввязываетесь.
На полу у моих ног застонал Раттила.
— Вы обязательно должны взять и эти тоже, — настаивал Римбальди, набрасывая еще одну пару джиннсов кислотно-зеленого цвета на протянутые руки Маши. — И аксессуары! Пояса, браслеты, шарфы… все, что вам понравится! Необходимо каким-то образом возместить ущерб, причиненный вам тем негодяем. Мой кузен Паоло непременно починит ваш очаровательный пояс и браслеты. И мы подарим вам еще много другого!
— Я просто не знаю, как вас благодарить, вы такой чудесный! — Маша смотрела на него, удивленно хлопая глазами. — Но поверьте, этого слишком много, честно вам скажу! Перестаньте, прошу вас!
Все утро обитатели Пассажа демонстрировали свою благодарность за поимку нами Раттилы и его приспешников. Маша любовалась собой в большом трехмерном зеркале в окружении группы готовых ей всячески угождать джинн и пары крыс, бывших прислужниц Раттилы.
— Кстати, — спросил я, усевшись посреди гор из разных коробок с моим именем, — какой договор вы с ними заключили? — Я сделал небрежный жест в сторону крысы, отправившейся на поиски оранжевого пояса Машиного размера, который подошел бы к ее зеленым брюкам.
— Дело в том, что пассажные крысы были до смерти перепуганы! — сообщила Маша, поднося шарф к своему обширному подбородку и затем добавляя и его к куче подарков. — Ведь на самом деле они совершенно безвредные маленькие создания, если только закрыть глаза на их небольшой недостаток — склонность подбирать все, что не приколочено гвоздями. И когда они увидели, что их повсюду преследует охрана Пассажа, а магазин заполняют джинны, они подумали, что наступает их смертный час. Когда мы их окружили, я поняла, что они всего лишь марионетки в лапах Раттилы. Корреш помог мне удержать владельцев магазинов от линчевания несчастных, а я тем временем занялась переговорами. Умение вести переговоры, — повторила она, подмигнув мне, — это как раз то, чему я научилась от обоих моих учителей.
— Лесть оставим на потом, — пробурчал я. — А пока я хотел бы все дослушать до конца.
Маша подмигнула мне.
