Однако Югурта, будучи от природы необыкновенно властолюбивым, приказал убить Гиемпсала. Адгербал же, разбитый Югуртой в сражении, бежал в Рим и просил там о помощи. В Риме были крайне изумлены дерзким убийством Гиемпсала. Но Югурта отправил туда посольство и подкупил большую часть сенаторов. Поэтому сенат постановил разделить Нумидию между обоими царями и отправил в эту страну комиссию из десяти сенаторов, которая должна была проследить за исполнением этого раздела. Четыре года спустя после раздела Югурта вторгся во владения Адгербала, разбил его в одном сражении, и тот укрылся в своей столице Цирте. Здесь Югурта осадил Адгербала, принудил его к сдаче и предал мучительной смерти. Теперь Югурта стал властителем всей Нумидии. Во время резни в Цирте погибло множество и римских граждан. Это возмутило народного трибуна Меммия, и он настоял на объявлении Югурте войны. Консул Кальпурний Бестиа получил приказ выступить в поход. Едва войско появилось в Африке, к нему навстречу прибыли послы хитрого царя и подкупили и консула, и его легата Скавра. Был заключен мирный договор, в силу которого Югурта обязывался подчиниться римлянам, выдать им тридцать слонов, определенное число лошадей и рогатого скота и незначительную, сумму денег, взамен чего за ним была признана власть над всей Нумидией. Консул возвратился в Рим и представил сенату отчет о своем поручении. Однако народный трибун Меммий привлек консула к ответственности, изобличил всю гнусность подкупа и добился решения вызвать Югурту в Рим, где тот должен был оправдаться перед народным собранием и назвать тех, которые допустили подкупить себя.
Югурта прибыл в Рим и явился в народное собрание в одежде нищего. Трибун Меммий потребовал, чтобы он назвал своих соучастников, но другой трибун, Бебий, подкупленный Югуртой, запретил ему отвечать. Тут Югурта отважился на новое преступление и с помощью наемных убийц умертвил оставшегося в живых внука Масиниссы, Массиву, который после убийства Адгербала бежал в Рим. Это злодеяние было слишком очевидным, чтобы осталось какое-нибудь сомнение в его виновнике. Югурта получил повеление оставить Рим и покинул его со словами: «О подкупный город! Ты скоро бы погиб, если б на тебя нашелся покупатель!»
Консул Спурий Постумий Альбин последовал с войском за Югуртой, начал против него войну, но не имел успеха. Его брат Авл был окружен со всем войском, должен был пройти под ярмом и уйти из Нумидии. Этот позор возмутил всех. Была назначена комиссия, которой поручалось расследовать, какие лица допустили подкупить себя во время переговоров и войны с Югуртой. Бестиа, Спурий Альбин и другие были признаны виновными и присуждены к изгнанию. Вместе с тем старались приискать, кого бы из полководцев назначить главным военачальником в войне с пронырливым и коварным Югуртой: необходимо было найти такого, который при выдающейся храбрости был бы человеком неподкупной честности. Выбор пал на Цецилия Метелла. Он восстановил в войсках дисциплину и вступил в Нумидию. Начались переговоры, в которых царь и консул старались перехитрить друг друга. В 109 году произошло сражение при реке Мутале, в котором римское войско с большим трудом и большими потерями одержало победу над нумидийцами. Югурта обратился с просьбой о мире, и Метелл согласился заключить его на следующих условиях: Югурта должен был выдать всех слонов, большое количество лошадей и оружия и всех перебежчиков, дать заложников и уплатить 200.000 фунтов серебра. Но когда вдобавок ко всему этому Метелл потребовал, чтобы царь явился к нему лично, то Югурта, совершенно справедливо опасаясь, что римляне лишат его не только свободы, но и жизни, прекратил переговоры. Тогда Металл овладел почти всей Нумидией, и Югурта стал искать помощи у своего тестя Бокха, царя Мавритании (часть нынешнего Марокко).
Метелл рассчитывал со славой окончить эту постыдную войну в качестве проконсула, но честолюбие его легата Гая Мария вырвало из рук Металла прекрасные плоды его усилий.
Гай Марий родился в 156 году до Р. X. и был сыном бедного земледельца. Как только Марий достиг зрелого возраста и стал годен к военной службе, он тотчас же вступил в войско, сражался под начальством Сципиона под Нуманцией. Марий нисколько не старался научиться греческому красноречию и усвоить себе манеры высшего общества, а заботился лишь о том, чтобы стать хорошим воином.
Когда он впервые стал домогаться звания военного трибуна, все трибы единогласно его выбрали, хотя мало кто знал его лично: слухи о его военных способностях ходили среди воинов. Исправляя поручаемые ему должности с усердием и знанием дела, он постоянно оказывался достойным выбора, стал быстро возвышаться и переходить от одной должности к другой. Однако Марий еще не отваживался добиваться консульской власти, хотя и обладал всеми необходимыми для этой должности качествами: энергией, честностью, военным талантом и опытностью. Главной помехой было то, что он не имел благородных предков.
Марий был суеверен и имел большое пристрастие ко всякого рода гадателям и прорицателям.
