Тысячи врагов напали на богиню – на колесницах, на слонах и верхом на конях, – поражая ее ударами палиц, и мечей, и топоров, и копий. Но Великая богиня играючи отразила удары и, невозмутимая и бестрепетная, обрушила свое оружие на бесчисленное войско асуров. Лев, на котором она восседала, с развевающейся гривой ворвался в ряды асуров, словно пламя пожара в лесную чащу. А из дыхания Богини возникли сотни грозных воинов, последовавших за нею в сражение. Богиня рубила могучих асуров своим мечом, ошеломляла их ударами палицы, колола копьем и пронзала стрелами, набрасывала им петлю на шею и волочила за собой по земле. Тысячами валились под ее ударами асуры, обезглавленные, рассеченные пополам, насквозь пронзенные или изрубленные в куски. Но некоторые из них, даже лишась головы, еще продолжали сжимать в руках оружие и сражаться с Богиней; и потоки крови лились по земле там, где она проносилась верхом на своем льве.
Многих воинов Махиши сразили воины Богини, многих растерзал лев, бросавшийся и на слонов, и на колесницы, и на конных, и на пеших; и войско асуров рассеялось, разбитое наголову. Тогда сам буйволоподобный Махиша появился на поле битвы, устрашая воинов Богини своим обликом и грозным ревом. Он кинулся на них и одних потоптал копытами, других воздел на рога, третьих сразил ударами хвоста. Он устремился на льва Богини, и под ударами его копыт сотряслась и растрескалась земля; хвостом же он хлестал по Великому океану, который взволновался как в самую страшную бурю и выплеснулся из берегов; рогами Махиша рвал в клочья тучи в небе, а от его дыхания валились высокие утесы и горы.
Тогда Богиня набросила на Махишу страшную петлю Варуны и затянула ее крепко. Но тотчас асур покинул буйволиное тело и превратился во льва. Богиня взмахнула мечом Кали – Времени – и снесла голову льву, но в то же мгновение Махиша обернулся человеком, держащим в одной руке жезл, в другой – щит. Богиня схватила свой лук и пронзила стрелой человека с жезлом и щитом; но тот в один миг превратился в огромного слона и с ужасающим ревом устремился на Богиню и ее льва, размахивая чудовищным хоботом. Богиня топором отрубила хобот слону, но тогда Махиша принял свой прежний облик буйвола и принялся рыть землю рогами и метать в Богиню огромные горы и скалы.
Гневная богиня отпила между тем хмельной влаги из кубка владыки богатств, царя царей Куберы, и глаза ее покраснели и загорелись, как пламя, и красная влага потекла у нее по губам. «Реви, безумный, пока я пью вино! – сказал она. – Скоро боги взревут, ликуя, когда узнают, что я убила тебя!» Исполинским прыжком она взвилась в воздух и сверху обрушилась на великого асура. Ногой она ступила на голову буйвола и копьем пригвоздила его тело к земле. Стремясь ускользнуть от гибели, Махиша попытался принять новый облик и высунулся наполовину из буйволиной пасти, но Богиня тотчас мечом отсекла ему голову.
Махиша пал на землю бездыханный, и боги возликовали и возгласили хвалу Великой богине. Гандхарвы воспели ее славу, а апсары пляской почтили ее победу. И когда небожители преклонились перед Богиней, она им сказала: «Всякий раз, когда вам будет грозить большая опасность, взывайте ко мне, и я приду вам на помощь». И она исчезла.
Минуло время, и опять беда посетила небесное царство Индры. Двое грозных асуров, братья Шумбха и Нишумбха, могуществом и славой безмерно возвысились в мире и одолели богов в кровопролитной битве. В страхе бежали перед ними боги и укрылись в северных горах, там, где с поднебесных круч низвергается на землю священная Ганга. И они воззвали к Богине, прославляя ее: «Защити вселенную, о Великая богиня, чье могущество равно силе всего небесного воинства, о ты, непостижимая даже для всеведущих Вишну и Шивы!»
Туда, где боги взывали к Богине, пришла прекрасная Парвати, Дочь гор, омыться в священных водах Ганга. «Кого это славят боги?» – спросила она. И тогда из тела нежной супруги Шивы появилась грозная Богиня. Она вышла из тела Парвати и сказала: «Это меня славят и призывают боги, которых опять теснят асуры, меня, великую Кали, они призывают, меня, гневную и беспощадную воительницу, чей дух заключен, как второе я, в теле Парвати – милостивой богини. Суровая Кали и нежная Парвати, мы – два начала, соединенных в одном божестве, два лица Махадеви, Великой богини!» И боги восславили Великую богиню под разными ее именами: «О Кали, о Ума, о Парвати, смилостивись, помоги нам! О Гаури, прекрасная супруга Шивы, о Дурга, Трудноодолимая, да одолеешь ты мощью своей наших врагов! О Амбика, Великая матерь, защити нас своим мечом! О Чандика, Гневная, огради нас от злых врагов своим копьем! О Деви, Богиня, спаси богов и вселенную!» И Кали, вняв мольбам небожителей, снова отправилась на битву с асурами.
