Спустя некоторое время царь Мандхатар, соскучившийся по своим дочерям, возымел желание проведать их, чтобы узнать, счастливы ли они и не терпят ли какой-нибудь нужды в обители своего супруга. Он отправился в путь, и когда достиг пределов обители Саубхари, взорам его явился ряд чудных дворцов, блистающих, как солнца, среди прекрасных садов и озер. Царь Мандхатар вошел в один из дворцов и, обняв со слезами радости на глазах встретившую его дочь, попросил ее: «Расскажи мне, дитя мое, как ты здесь живешь. Счастлива ли ты? Ласков ли к тебе супруг твой? Не скучаешь ли ты по родному дому?» И дочь отвечала ему, что она счастлива и благодарна отцу, милостью которого она обрела столь завидную долю, и нет ей причины тосковать по отчему дому. «Лишь одно тревожит меня, – молвила она. – Супруг мой всегда со мною, он не отходит от меня и никогда не покидает моего дворца. Мне жаль моих сестер, которых он совсем не посещает; я боюсь, что они чувствуют себя оскорбленными его пренебрежением».
Выслушав этот ответ, царь отправился в другой дворец, к другой своей дочери. Ей он задал те же вопросы, что и первой, и она отвечала ему теми же самыми словами, что и та, которую он посетил раньше. И эта дочь тревожилась о своих сестрах, которым супруг ее, видно, совсем не уделял внимания, пребывая все время с нею одною.
И в каждом дворце, от каждой из своих дочерей царь услышал точь-в-точь такой же ответ. Исполненный изумления, он пришел наконец к Саубхари и сказал ему: «О святой мудрец, я посетил всех своих дочерей, твоих жен, и убедился в великом твоем могуществе, дарованном тебе подвижничеством. Никогда я не слышал, чтобы кто-нибудь обладал такими чудесными способностями!» И некоторое время царь Мандхатар гостил в обители Саубхари, принятый своим зятем с должным почетом, а потом возвратился в свою столицу.
С течением времени дочери Мандхатара родили своему супругу сто пятьдесят сыновей. День шел за днем, и любовь Саубхари к своему потомству все более возрастала, и он безраздельно предался блаженству семейного счастья. Уже заранее предвкушал он, как будут его дети услаждать его слух своим младенческим лепетом; как начнут они учиться ходить; как вырастут и возмужают, как увидит он их женатыми и как народят они ему внуков, а потом узрит он и правнуков своих и детей своих правнуков. Так мечтал он изо дня в день, пока не увидел вдруг, что мечты его чем дальше, тем больше опережают время. «Что за безумец я! – воскликнул он тогда. – Нет предела моим желаниям. А когда исполнятся эти мои надежды, на смену им придут новые. Вот я увидел своих детей возмужавшими, увидел их женатыми, увидел их потомство – детей моих детей, но теперь душа моя жаждет увидеть детей и внуков моих внуков; и не будет конца моим надеждам, пока не прекратит их смерть, – эта истина открылась мне. Дружба с рыбой прервала мое подвижничество в воде, затем последовала женитьба, и ныне многочисленное потомство бесконечно умножило мои заботы, отвратив помышления мои от созерцания Высшего Духа[251]. И с появлением нового потомства заботы и тревоги мои будут умножаться все более. Отречение от мира – единственный путь для мудрого; только на этом пути обретет он спасение».
И Саубхари оставил свой дом, сокровища и потомство и удалился в лес, сопровождаемый всеми своими женами, которые не хотели с ним расставаться. В лесу все они вели подвижническую жизнь, исполняя суровые обеты и устремив помыслы свои к высшей цели. И больше уже мудрый Саубхари не возвращался в мир и достиг высшей святости и избавления от перерождений[252].
Жил некогда царь по имени Бхангасвана. Он был прославлен своей мудростью и благочестием, и подданные почитали его, как бога, но он был бездетен, и потому царская власть и могущество не утешали его. Он предался суровому подвижничеству, совершил жертвоприношение Агни и обрел сто могучих сыновей. Но тем подвижничеством и тем обрядом он навлек на себя неудовольствие Индры. Со времени нашествий Сунды и Упасунды и ракшасов, предводимых Раваной, на небесное царство повелитель богов опасался всех, совершавших великое подвижничество, ибо они обретали могущество, угрожавшее власти его в трех мирах. И владыка небесного царства был недоволен Бхангасваной, совершившим жертвоприношение Агни, ибо тем обрядом царь почтил только бога огня, Индра же не получил доли в жертве. И Тысячеокий задумал лишить Бхангасвану могущества и стал выискивать у него уязвимые места и подстерегать его промахи, чтобы повредить ему, но благочестивый царь неуклонно следовал стезей добродетели, и повелитель богов не мог найти случая воспользоваться какой-либо его слабостью.
