Руднев в полном смысле этого слова стал зависеть от тихоходного «Корейца», который мог развивать скорость не более 13 узлов. «Варяг» же имел скорость более 23 узлов, а это на 3–5 узлов больше, чем у японских кораблей, и на 10 узлов больше, чему «Корейца». Так что возможности для самостоятельного прорыва у Руднева были, причем хорошие. Еще 24 января Рудневу стало известно о разрыве дипломатических отношений между Россией и Японией. Но 26 января утренним поездом Руднев отправился в Сеул к посланнику за советом. Возвратившись, он только 26 января в 15 часов 40 минут послал с донесением в Порт-Артур канонерскую лодку «Кореец». Опять вопрос: почему лодка так поздно была отправлена в Порт-Артур? Это так и осталось невыясненным. Канонерскую лодку из Чемульпо японцы не выпустили. Это уже началась война! В запасе Руднев имел еще одну ночь, но и ее не использовал. Впоследствии отказ от самостоятельного прорыва из Чемульпо Руднев объяснял сложностями навигационного характера: фарватер в порту Чемульпо был очень узким, извилистым, а внешний рейд изобиловал опасностями. Это все знают. И действительно, заход в Чемульпо в малую воду, то есть в период отлива, очень сложен. Руднев как будто не знал, что высота приливов в Чемульпо достигает 8–9 метров (максимальная высота прилива до 10 метров). При осадке крейсера 6,5 метра в полную вечернюю воду все же была возможность прорвать японскую блокаду, но Руднев ею не воспользовался. Он остановился на худшем варианте — прорываться днем в период отлива и совместно с «Корейцем». К чему такое решение привело, всем известно.
Теперь о самом бое. Есть основания считать, что на крейсере «Варяг» артиллерия применялась не совсем грамотно. Японцы имели огромное превосходство в силах, которое они с успехом реализовали. Это видно из тех повреждений, которые получил «Варяг».
Как утверждают сами японцы, в бою при Чемульпо их корабли остались невредимыми. В официальном издании японского Морского генерального штаба «Описание военных действий на море в 37–38 гг. Мейдзи (в 1904–1905 гг.)» (т. I, 1909 г.) читаем: «В этом бою неприятельские снаряды ни разу не попали в наши суда и мы не понесли ни малейших потерь»
Наконец, последний вопрос: почему Руднев не вывел корабль из строя, а затопил его простым открытием кингстонов? Крейсер по существу был «подарен» японскому флоту. Мотивировка Руднева, что взрыв мог повредить иностранные корабли, несостоятельна. Теперь становится понятно, почему Руднев подал в отставку. В советских изданиях отставка объясняется причастностью Руднева к революционным делам, но это выдумка. В таких случаях в русском флоте с производством в контр-адмиралы и с правом ношения мундира не увольняли. Все объясняется гораздо проще: за допущенные промахи в бою при Чемульпо флотские офицеры не приняли Руднева в свой корпус. Это осознавал и сам Руднев. Сначала он временно находился на должности командира строившегося линейного корабля «Андрей Первозванный», затем подал рапорт об уходе в отставку. Вот теперь, кажется, все стало на свои места.
За трехсотлетнюю историю своего существования регулярный Российский флот потерпел всего три крупных поражения: первое — при Роченсальме в 1790 г., когда командующий Балтийским галерным флотом принц Нассау-Зиген, стараясь порадовать Екатерину II победой над шведами в годовщину ее восшествия на престол, начал сражение в крайне невыгодных условиях и проиграл его, потеряв 53 судна и 7 тысяч человек убитыми, пропавшими без вести и плененными (в этом сражении шведы потеряли всего 4 судна); второе — при Цусиме в мае 1905 г., когда в одночасье третья в мире морская держава лишилась своего военного флота, потеряв 18 боевых кораблей и 3 вспомогательных судна, более 10 тысяч человек погибшими и попавшими в плен; третье — при перебазировании Балтийского флота из Таллина в Кронштадт в августе 1941 г., когда потери составили более 100 кораблей и судов и погибли свыше 14 тысяч человек.
Теперь поговорим о Цусиме. Интерес к этому величайшему сражению XX столетия не утрачен и сегодня.
