«Да, у нас в Польше Иванов-Шайнович – национальный герой», – сказал мне первый секретарь посольства Польши в Афинах Кшистоф Левандовский. А можно ли именно его считать прототипом главного персонажа романов Яна Флеминга – неустрашимого Джеймса Бонда? Ведь, как известно, у англичан не было другого, такого же отважного и отчаянного агента в Европе?
– А почему бы и нет? – улыбнулся г-н Левандовский. – Конечно, можно!
Кстати, в Греции и раньше сражалось немало героев из Польши, – добавил польский дипломат. – Поляки, служившие в русской армии, принимали участие в борьбе греков против турок на Крите, в Миссалонги и в других местах.
Уже после смерти Георгий Иванов был награжден высшими наградами Англии и Польши, в том числе и высшим польским орденом «Виртути милитари». В греческих Салониках английскому агенту установлен памятник – единственный памятник иностранному шпиону в Западной Европе. Каждый год польское и британское посольство, а также греческие власти возлагают к нему цветы. А в Польше о невероятных похождениях сына царского полковника сняли художественный фильм под названием «Агент номер один». Роль Иванова в нем сыграл популярный польский актер Януш Штрасбургер. Героем «двух отечеств» называют его военные историки в Греции. Постойте, но почему же только двух? Ведь по отцу он же был русский! Да, Иванов – герой, но герой – трех отечеств: Польши, Греции и России, которые вместе боролись против фашизма!
Увы, как это часто бывало в те годы, про сына царского полковника, служившего в британской разведке, в СССР, конечно, никто и слышать не хотел. А потому и в России про героя до сих пор никто ничего не знает. А между тем, может, и в самом деле именно его и имел в виду Ян Флеминг, когда создавал свой образ бесстрашного агента 007? Но почему тогда он сам про это ничего не сказал? Да ведь как-то неловко: получается, что лучший и самый отважный британский агент в годы войны был сыном, вовсе не английского, а русского офицера…
Он готовился стать диверсантом, если фашисты захватят Москву, потом под видом немецкого офицера принимал участие в ликвидации гауляйтера Белоруссии Кубе, а после войны работал нелегалом советской разведки в Западной Европе. Затем ему приказывали ликвидировать «политических врагов» СССР, сначала Керенского, а потом одного из лидеров НТС, но в отличие от агента 007 с «лицензией на убийство», Николай Хохлов убивать отказался. А самого его пытались убить дважды.
Детство и юность Николай Хохлов, которому предстояла столь невероятная судьба, провел на Арбате. Мечтал работать в кино, и даже снимался в эпизодах в фильмах знаменитых в свое время Протазанова и Юткевича. Мог даже получить небольшую роль в фильме «Как закалялась сталь». Но тут грянула война. На медосмотре для призывников выяснилось, что у юноши слабое зрение, и он получил белый билет.
Немцы уже были на пороге Москвы и столицу тайно готовили к сдаче. Хохлова неожиданно вызвали в НКВД и предложили остаться в городе подпольщиком – войти в группу эстрадных артистов, которые будут под таким прикрытием совершать против оккупантов террористические акты. Например, бросить в зал во время концерта со сцены гранату. Юноша с радостью согласился. Однако Москву отстояли и тогда Хохлова решили отправить в тыл к немцам. Он прошел специальную подготовку, выучил язык, на месяц его поместили в барак к немецким военнопленным, где он ловко барабанил на пианино, и во все горло распевал песню «Лили Марлен». А вскоре надели новенькую офицерскую форму и сбросили с самолета в немецком тылу. Там Хохлов принял участие в знаменитой операции по ликвидации гауляйтера Белоруссии Кубе. Кубе был убит, а Николаю приказали вернуться в Москву, где в Кремле он получил новенький орден.
Война кончалась, и руководство советской разведки решило перебросить Хохлова в Румынию под видом польского беженца. Тому, кто мечтал о карьере в кино, предстояло стать кадровым разведчиком за границей. Однако дальше все стало разворачиваться совсем по другой схеме, отличной от той, что показывают в фильмах, вроде «Подвиг разведчика» или про Джеймса Бонда. Николай Хохлов разочаровался в том, что он делает. Пока шла война, он выполнял задания с энтузиазмом, понимая, что защищает родину от вражеского нашествия. Но теперь ему предлагали совсем другие задания – ликвидировать за границей неугодных советскому руководству людей.
К тому же он узнал о трагической смерти отца. Тот попал на фронт комиссаром батальона. В разговоре с одним из солдат отец заявил, что Сталин завел Красную армию в мясорубку, что именно он виноват в трагическом разгроме первых месяцев войны. Солдат тут же пошел в Первый отдел. Отца арестовали, разжаловали и направили в штрафной батальон, где он вскоре и погиб.
