Однажды в зимние дни конца 1943 года, когда холод сковал тундру и скалы Кольского полуострова, русские разведчики притащили из вражеского тыла здоровенного рыжего верзилу – майора. Фамилия его начиналась с приставки «фон». На допросах он молчал, презрительно глядя на своих противников с высоты своего двухметрового роста… Его допрашивали много раз, лупили, но безуспешно. Наконец, кто-то из переводчиков, устав, решил обратиться к Дьяконову (тоже переводчику, мобилизованному ученому из Ленинградского университета – прим. ред.). Игорь Михайлович предложил немцу закурить и, помолчав, спросил его: «Кем Вы были до войны?» Тот удивился: немецкий этого русского был безупречен… Он процедил сквозь зубы, совсем не уверенный, что этот варвар поймет; «Филологом». – «Да, чем же вы конкретно занимались?» – «Языком времен готов». Дьяконов был взволнован. Давно-давно, в детстве, ему с братом попалась рукопись стихотворения готских времен из библиотеки отца. Это стихотворение не было опубликовано, о нем знали только узкие специалисты, человек восемь-семь на всем земном шаре. С трудом вспоминая, Дьяконов стал декламировать готские стихи… И вдруг верзила-немец словно сломался, согнулся, опустил голову, и крупные слезы покатились из его глаз. Он обнял Дьяконова, несколько минут приходя в себя, переживая крушение своих представлений о русских, о мире, и потом заговорил, заговорил, заговорил…
Переводчики пристали к Дьяконову с расспросами, как он сумел добиться такого успеха? Но понять это им было не дано, так же, как многие не понимают, почему вообще русские победили немцев в этой страшной войне.
Как ни странно лучше всех это понял Сталин. Еще в 1941 году, убедившись в том, что в армии развал, а от войск, стоявших на границе, осталось всего восемь процентов и стране грозит катастрофа, он обратился к тем, кого топтал, над кем измывался долгое время – к народу: «Братья и сестры…». Позже он ослабил пресс, придавивший церковь, ввел погоны в армии, тем самым возродив дореволюционные традиции, упразднил институт комиссаров, распустил Коминтерн, реабилитировал многих арестованных ранее военачальников. Великие полководцы прошлого – Суворов, Кутузов, еще недавно обливаемые грязью самим Сталиным, вернулись на русские знамена… И народ сплотился, тем более, что немцы своими безобразиями, убийствами, насилием над мирным населением уничтожили всякие иллюзии, связанные с ними в начале войны: многие крестьяне, загнанные в колхозы, жители ГУЛАГа, да и просто население городов и деревень, ждали их, как освободителей. Теперь эти иллюзии рухнули. Немцы увидели перед собой единый, вставший против них народ. Так кто же победил немцев? Сталин и его партия? Или Дьяконов и миллионы других, подобных ему?
При царе он окончил в Петербурге Константиновское артиллерийское училище, а после революции оказался в армии Колчака, воевал вместе с белыми против красных. Однако не пострадал потом во время многочисленных чисток, не был расстрелян, а наоборот, был многократно награжден, стал одним из самых знаменитых военачальников СССР, легендарным организатором прорыва и снятия блокады Ленинграда. Речь идет о маршале Советского Союза Леониде Александровиче Говорове, которого историки считают самым загадочным сталинским маршалом.
Родился будущий военачальник в крестьянской семье в деревне Бутырки Яранского уезда Вятской губернии. Его отец работал бурлаком, матросом на речных судах, письмоводителем в Елабуге. Однако Леонид после окончания сельской школы сумел блестяще окончить Елабужское реальное училище, а потом поступить в Петроградский политехнический институт. Что, кстати, развенчивает распространяемый потом большевиками миф о том, будто высшее образование в России было недоступно для крестьянских детей. Благодаря незаурядным способностям, Говоров мог бы стать отличным инженером, как он мечтал, но вскоре грянула Первая мировая война. В 1916 году он был мобилизован и отправлен в Константиновское артиллерийское училище, стал офицером. А демобилизовавшись после войны, вернулся к родителям в Елабугу. Но с началом войны Гражданской и приходом туда армии Колчака его снова мобилизовали, и он начал сражаться против красных. Принимал участие в боях против 5-й армии РККА. По иронии судьбы, той самой, которую позднее возглавил, когда перешел на другую сторону баррикад.
