Ультимативно настаивают на уходе греческого населения, туркизируют банки и коммерческие предприятия и т. д. Их экономическая жизнь будет носить боевой национальный характер, направленный острием против Запада…. Турки будут иметь полную возможность защищать пути, ведущие внутрь Малой Азии. В результате турки будут иметь возможность развивать в Малой Азии свое национальное государство… Я со своей стороны считаю вопрос о наших будущих отношениях с Турцией весьма сложным, заслуживающим самого тщательного и внимательного изучения. Ни в коем случае не следует его решать сплеча и не следует теперь предпринимать каких-либо непоправимых шагов. Это один из важнейших вопросов нашей политики, и при решении его необходимы величайшая осторожность. С коммунистическим приветом. Чичерин» (РГАСПИ. ф. 5. оп. 1. д. 1985. л. 56–58).
Г. Чичерин М. Литвинову: «Лозанна, 21 декабря 1922 г. Уважаемый товарищ…. Во вторник вечером я с тов. Воровским был у Исмета и имел с ним продолжительную беседу. Он, конечно, ставил мне те же вопросы, которые Реуф ставит в Ангоре Аралову: «Если Вы хотите, чтобы мы порвали, скажите, что, по-Вашему, мы должны делать: если мы возобновим войну, дадите ли Вы нам деньги и оружие?»… Исмет подчеркивал свое лояльное отношение к нам. Есть действительное некоторое различие между поведением турецкой делегации здесь и поведением ангорского правительства. Конечно, турецкая делегация сообщает нам далеко не все. В общем и целом, она, однако, держит нас в курсе своих переговоров и предварительно совещается с нами о своих шагах… Совершенно не то было в Ангоре; по-моему, главное преступление было совершено турецким правительством тогда, когда оно за нашей спиной предварительно столковалось о проливах. Что предварительный сговор был, это несомненно. Это видно из разговоров т.т. Мдивани и Аралова с Мустафой Кемалем и другими, о которых нам стало известно еще до моего отъезда из Москвы… Грехопадение турецкого правительства произошло, может быть, в Мудании, может быть в разговорах с Франклином Бульоном, но, во всяком случае, в какой-то момент еще до приезда тов. Мдивани в Ангору. Теперь Турция только расхлебывала то, что было тогда заварено, причем Исмет во многом сокращал и ограничивал зло, произведенное тогда в Ангоре… С коммунистическим приветом Г. Чичерин» (РГАСПИ. ф. 5. оп. 1. д. 1985. л. 62–68).
Г. Чичерин М. Литвинову: «Лозанна, 24 декабря 1922 г. Уважаемый товарищ, Вчера я имел продолжительный разговор с глазу на глаз с Исметом пашой… Я сказал, что из английских сфер распространяется слух, что Керзон предложил Исмету расторгнуть Московский русско-турецкий договор. Исмет ответил мне, что Керзон открыто этого не предлагал, но делал такие намеки: «Вы, турки, нам грозите, Вы имеете договор и даже секретные статьи с Москвой. Это мешает соглашению». Исмет, по его словам, самым решительным образом заявил, что Турция имеет и сохраняет с Россией дружественные отношения и дружественный договор. Керзон после этого этих намеков уже не делал и говорил о русско-турецких отношениях как о факте… Относительно армян турки продолжают самым твердым образом настаивать, что остающиеся в Турции армяне должны быть на общем основании, как все турецкие граждане. Национальный очаг для армян они абсолютно отвергают…С коммунистическим приветом, Чичерин» (РГАСПИ. ф. 5. оп. 1. д. 1985. лл. 82–88).
Г. Чичерин М. Литвинову: «Лозанна, 24 декабря 1922 г. Уважаемый товарищ, Армянский вопрос достиг критического момента. Во вторник или в среду будет решающее заседание комиссии. Вчера у меня была делегация Всемирной филармянской лиги. Их президиум состоит из швейцарцев; во главе его женевский профессор Навилль. Президиум из четырех человек был у меня, выражая горячую благодарность за то, что Советская Россия сделала у себя для армян, и настойчиво просил нашего вмешательства в пользу создания для армян национального очага. Судьба армян вызывает живейшее сочувствие во всем мире: петиция о предоставлении им национального очага, представленная в Лозанне, собрала пять миллионов подписей во всех странах мира. Только Россия может спасти остальное армянское население своим вмешательством, ибо только Россия может добиться создания армянского национального очага. Я указал на то, что Россию отстранили от всех других вопросов, кроме проливов. Так пусть те, которые заварили кашу, ее расхлебывают, армяне страдают потому, что Антанта сделала из них свое орудие, так пусть она расхлебывает это; до сих пор Англия вооружает дашнаков в Керманшахе, в Тавризе и в горах Карадага против советских республик; так пусть Англия компенсирует тех, которых она использует. Филармяне со всем этим соглашались, но указывали, что другого выхода нет. Я сказал, что, если не удастся создать национального очага, придется распределить армянских беженцев и поселить их в разных странах. Мы изучим вопрос о том, сколько армян и где можно было бы поселить в южной России. Тов. Раковский сказал, что некоторую часть можно поселить на Украине.
