Баку также имел шанс принять обновленные Мадридские принципы и начать на первом этапе процесс освобождения занятых армянскими войсками регионов. Параллельное осуществление цюрихских протоколов и Мадридских принципов могло бы заметно оздоровить политическую ситуацию на Южном Кавказе и предоставить сторонам возможности для дальнейшего продвижения в сторону закрепления мирных тенденций в регионе. Не получилось. А получилось то, что кипрский и карабахский конфликты начинают вводиться уже в систему цивилизационного противостояния мусульманской Турции и христианского Запада.
Второй тест: еще в феврале нынешнего года Белый Дом выступил с предложением заключить с Турцией соглашение о размещении на ее территории противоракетного радара, предназначенного для слежения за Ираном. В ответ Анкара потребовала, чтобы эта акция получила поддержку, «в том числе финансовую, со стороны других стран НАТО». Анкара дала понять, что времена, когда она выстраивала свое военно-техническое сотрудничество с США только на основе двухсторонних соглашений, проходят. Поэтому она не желает выбиваться из общих европейских рядов и портить отношения с ЕС, куда продолжает настойчиво стремиться. К тому же размещение американского радара на своей территории, подорвала бы отношения Анкары с Тегераном, которые так настойчиво выстраивала в последнее время турецкая дипломатия. То есть, и в этом случае Турция была поставлена перед необходимостью принести жертву. Третий тест: квалифицированная оценка характера складывающихся отношений США и Турции в целом. По словам президента Абдуллы Гюля, США «чтобы на выборах получить 3 или 5 голосов от представителей диаспоры, голосуют против союзной им страны».
Не случайно сразу после принятия резолюции в турецких СМИ был организован вброс информации о возможных вариантах ответных действий Анкары. По мнению газеты «Сабах», речь идет об отмене визита в США гос-министра Зафера Чаглаяна, намеченного на 19 марта, а также отказе от участия в предстоящем там 11–14 апреля саммите по вопросам ядерной безопасности главы турецкого правительства Реджепа Тайипа Эрдогана. Что касается перспектив военно-технического сотрудничества, то контрмеры турецкой стороны могут предусматривать пересмотр ряда совместных военных проектов, ограничение использования воздушного пространства Турции со стороны ВВС США и турецких баз блоком НАТО. А в стратегической области, как отмечает газета, Турция будет «продолжать процесс сближения с Россией».
Но и тут ей могут вновь помешать «азербайджанские гири». В Баку, например, высказываются предложения, чтобы Анкара в качестве одного из условий стратегического партнерства с Россией потребовала, чтобы Государственная Дума РФ отменила свое решение о признании событий в Турции начала прошлого года геноцидом.
Но главные события пока разворачиваются на американской площадке. Анкара с целью блокировать прохождение резолюции через Палату представителей намерена обратиться с просьбой к ведущим военно-техническим партнерам, таким как Boeing, Lockheed Martin и United Technologies, для того, чтобы они провели соответствующую работу с американскими конгрессменами. Это свидетельствует о том, что в Турции не совсем уверены, что президент Барак Обама наложит на резолюцию эмбарго, как это сделал Джордж Буш в 2007 году. Правда, в Белом Доме заявляют, что резолюция не продвинется дальше голосования в комитете по иностранным делам, и не будет вноситься на голосование палаты представителей. Дата общего голосования по резолюции пока не обозначена. Если Белый Дом решится все же ввести эмбарго, то сделает это, скорее всего, после 24 апреля, когда будет отмечена 95-ая годовщина Геноцида армян. Возможно, к этому времени удастся все же разрубить «гордиев узел», но уже за счет неординарных решений в отношении цюрихских протоколов. Как считает азербайджанский Политолог Расим Мусабеков, каждый раз, когда в Конгрессе США поднимался армянский вопрос, «американцы что-то от Турции получали».
Определенная ясность в этом отношении наступит после визита по приглашению президента Барака Обамы премьер-министра Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в Вашингтон, намеченного на 11 апреля. Как считает турецкая газета Hurriyet Daily News, он будет проходить в критический для Анкары период, что во многом и предопределит ее дальнейшие дипломатические действия.
