Так что нынешнюю миссию министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова в Ереван можно оценивать как чрезвычайно сложную, но необходимую. Если ему удалось склонить руководство Армении к согласию начать вывод войск из азербайджанских районов не дожидаясь ратификации турецких парламентом цюрихских протоколов, то события в регионе могут развиваться относительно предсказуемо. Если же Ереван под давлением определенных внутренних сил и мощной зарубежной диаспоры откажется действовать по предложенным правилам, то до настоящего карабахского урегулирования еще далеко. И, наконец, нельзя исключать того, что в случае провала усилий российской дипломатии Анкара решится на ратификацию протоколов. Но в любом случае Закавказье накануне острых и интригующих событий.
1 января 2010 года истек срок для ответа Тегерана на новую инициативу «шестерки» по решению проблемы его ядерной энергетической программы. Эта инициатива предусматривала согласие Тегерана на отправку 75 процентов имеющегося у него низкообогащенного урана на переработку и обогащение в Россию с последующей доставкой во Францию. Иран, как всегда, пытался внести ряд «важных изменений и дополнений». В частности, он заявлял о готовности рассматривать проблему отправки за рубеж части имеющегося у него обогащенного урана только в обмен на немедленные поставки аналогичного по объемам высокообогащенного ядерного топлива. Но такой вариант был отвергнут МАГАТЭ.
В итоге Иран оказался на пороге введения против него новых жестких санкций. Речь идет о введении международного эмбарго на поставки в страну бензина и иных продуктов переработки нефти, операциях иранских банков на мировых финансовых рынков и многом другом. Конечно, это серьезно скажется на жизнедеятельности Ирана. Но будут ли санкции способствовать переговорному процессу? Министр иностранных дел Швеции Карл Бильдт выступил с предупреждением, чтобы европейские страны проявляли осторожность и тщательно взвесили вопрос о применении санкций, чтобы «не выстрелить себе в ногу». По его словам, если санкции окажутся безрезультатными, то урегулирование кризиса вокруг ядерной программы Тегерана зайдет в тупик, выбраться из которого будет очень сложно.
В то же время Карл Бильдт «тонко» намекнул, что после президентских выборов в Иране руководители этой страны «оказались занятыми только внутренними делами и забросили переговоры с западными странами по ядерной программе». Кстати, о возможных «иранских потрясениях» откровенно заявляла еще в августе 2009 года посол Великобритании в Азербайджане Керолайн Браун. Выступая в Центре стратегических исследований при президенте Азербайджана, она сообщила, что в Лондоне 2010 год относят к числу «критического в вопросе ядерной программы Ирана» и, в зависимости от того, «пойдет ли Тегеран на создание ядерного оружия или нет, будет зависеть судьба региона, прилегающего к Азербайджану».
Тегеран действительно стал уделять повышенное внимание проблемам своей национальной безопасности. Он публично объявил о том, что располагает информацией о подготовке ЦРУ и британской разведкой МИ-6 выступлений оппозиции и движений национальных меньшинств в Иране. Кстати, об этом шла речь в октябре 2009 года во время пребывания с визитом в Тегеране премьер-министра Турции Тайипа Реджепа Эрдогана. В данном случае выявляется немало обстоятельств загадочного свойства. Анкара не только выступила против возможного военного удара по Ирану, но и активизировала процесс по наведению порядка в своих восточных вилайетах. В то же время «почему-то» американские СМИ задолго до выхода на улицы сил иранской оппозиции подробно стали описывать переговоры некоторых лидеров возглавляемого этническим азербайджанцем, бывшим премьер-министром Ирана Мир Хоссейном Муссави «Зеленого движения» с сотрудниками Госдепа и вашингтонскими экспертами. Даже если отнести такого рода утечки к разряду пропагандистских акций оперативного свойства, то они, по законам жанра, должны были бы сказаться на действиях Муссави и его сторонников. Логика подсказывает, что они должны были дождаться эффекта будущих санкций против Ирана, и только затем выступить с подготовленной программой по изменению ситуации в стране и вокруг нее. Но оппозиция раньше срока вышла на улицы иранских городов.
