Из доклада зампредседателя Ревкома Абхазии Н. Лакобы Совету пропаганды и действия народов Востока: «8 мая 1921 г. По решению нашей группы я выехал из Трапезунда в Константинополь, куда прибыл 17 декабря 1920 г. Здесь я пробыл 1 мес. 10 дней. За это время мне удалось подвергнуть всю старую Турцию самой тщательной контрразведке… Кемаль паша и султанское правительство.
Султан — безличное, жалкое, дряхлое существо. Его можно взять в плен, можно играть им как игрушкой, пользоваться его именем, авторитетом (авторитет его сохраняется, к сожалению, в самых темных, беспросветных низах для оправдания империалистических грабежей); султана можно держать как содержанку. Но этого никак нельзя сказать относительно Кемаль паши. Этот человек — ловкий политический делец. По идее — он самый реакционный из реакционных; панисламистская его натура слишком определена и оформлена, чтобы из-за пустяков продаться кому бы то ни было. Последний умен, чтобы хорошо ориентироваться в международной политической ситуации. Он логичен в своих ориентациях. Если надо, если это даст достижение его цели, то он станет заигрываться с Антантой и «пугать» СоветРоссию, а если же надо проделать обратное, то и в этом случае — он найдет всегда лазейку. Советскую Россию и буржуазную Европу он рассматривает как два непримиримых врага. Борьба между ними идет не на жизнь, а на смерть. Это Кемаль хорошо знает. Но он одинаково ненавидит оба враждебных лагеря. Смерть того или другого, а то обоих вместе, сразу — для него безразлична: его политика, вытекающая отсюда, очень проста: убить одним выстрелом двух зайцев. В этом заключается весь идиотизм Кемаля и его сподвижников. Султан для него такая же игрушка, как и для Англии. Какое-либо соглашение его с Антантой означает то, что он станет такой же пешкой у последнего, как султан в настоящее время.
Эти люди одного направления. Их цели совпадают. Спор между ними заключается в том, кто призван получить «пальму первенства» — Энвер или Кемаль. В массе безусловно более авторитетным является Энвер. Его поддерживает вся турецкая масса — сорвиголова. Если Энвер появится в Турции, то Кемаль вынужден будет бежать, или же начнется форменная резня. Ввиду того, что они из-за соперничества на роль вождя мусульманских масс никогда не могут примириться между собою (какой-либо компромисс между ними невозможен, такова психология турецких верхов), Энвер пашу можно было бы держать в Советроссии как угрозу против Кемаля. Если понадобится, даже использовать его в этом смысле. Если такой перспективы сейчас нет, то она может быть в будущем. По-моему, надо в корне пересмотреть нашу восточную политику и наше отношение к Турции… Наша моральная, идейная и материальная поддержка кемалистам последними явно эксплуатируется в своих грязных, узконациональных целях… Не следует допускать серии ошибок, имевших место в минувшем году. 8 мая 1921 года г. Сухуми, Лакоба» (РГАСПИ. ф. 544. оп. 3. д. 46. лл. 1, 4, 6).
В предыдущем очерке на основе приведенных архивных документов было выявлено, что после подписания 16 марта 1921 года мирного договора с РСФСР турецкая делегация намеревалась вступить в дипломатические контакты с правительствами советских Азербайджана, Армении и Грузии. С этой целью на переговорах в Москве Ангора ставила проблему о юридической дееспособности этих закавказских государств. Это вызывало определенное беспокойство в Кремле, поскольку со стороны Турции просматривался сценарий действий, который был осуществлен в выстраивании взаимоотношений еще в первой половине 1918 года с Закавказским сеймом.
