Работы Моргана были высоко оценены Карлом Марксом, а Фридрих Энгельс положил их в основу своей знаменитой книги «Происхождение семьи, частной собственности и государства», где пишет, что
Морган и его последователи основывались на ограниченных этнографических данных того времени, а также на мифологии, прежде всего античной, в которой они усматривали отголоски матриархата. Как не вспомнить тут миф об амазонках! Такая трактовка доминировала в дальнейшем и у советских авторов, например у А. Ф. Лосева:
То, что рассказано у Гомера о феакийской царице Арете, является несомненным свидетельством живучести матриархальных отношений. Арета — не только хозяйка дома, но и фактическая правительница всего царства феаков, так как все мужчины идут за советом именно к ней, а не к ее мужу Алкиною; и по совету самой Навсикаи Одиссей после своего прибытия на остров обращается прежде всего к ней (Од. VII 67–77). […] о матриархате в мифологии свидетельствуют: величание не по отцу, а по матери (Аполлон — Летоид, Хирон — Филирид); чисто женские праздники на Пниксе, Фесмофории или чисто женские оргии на Парнасе и Кифероне; наличие специальных богов в каждом роде и фратрии; и наконец, такое явление, как кровная месть, которая только с огромным трудом сдавала свои позиции в связи с разложением родовой общины и которая в виде рудимента просуществовала еще много столетий и в жизни, и в мифологии. Рудиментом древнейших родовых отношений, когда главой рода являлась мать, а отец был ее только случайным посетителем, которого было трудно даже и разыскать, являются позднейшие мифы уже чисто героической эпохи, в которых рассказывалось о поисках отсутствующего и даже неведомого отца. Всем известны поиски Телемахом своего отца Одиссея, отсутствующего уже 20 лет, о чем читаем в I–IV песнях «Одиссеи», а также прибытие Тезея от его матери Эфры к своему отцу, афинскому царю Эгею, о чем гласит известный дифирамб Вакхилида «Тезей»{198}.
Кроме того, для обоснования стадии матриархата — «культа Матери» — привлекались распространенные в древности изображения женщин, знаменитые фигурки палеолитических венер.
Идеи Моргана нашли отражение и в художественной литературе. Например, Обручев в уже цитировавшемся романе «Плутония» описывает семейный уклад неких первобытных существ, очень похожих на неандертальцев, так:
В каждом шалаше жили несколько женщин и мужчин, связанные друг с другом групповым браком, а также дети этой групповой семьи, в которой ребенок имеет одну мать и несколько отцов{199}.
Итак, предложена была модель развития семьи и общества, в которой матриархат — стадия, сменяющаяся патриархатом при переходе от охоты и собирательства к производящему хозяйству.
