Известно, что главными конструкторами конструкторского бюро, где были созданы первый спутник и первая ракета-носитель, были С.П. Королев (1916–1966), В.П. Мишин (1966–1974) и В.П. Глушко (1974–1989). С приходом в руководство КБ академика Глушко среди специалистов КБ ходила своего рода притча: «При Королеве было королевство, потом мешанина, а теперь наступила глухомань». То есть как бы утверждалось, что при Королеве было все замечательно, мы были впереди американцев и лидировали в космосе. При Мишине было непонятно что, наша космонавтика топталась на месте. А при Глушко совсем стало глухо, успехов никаких. Но если повнимательнее посмотреть на историю развития нашей космонавтики, то и «королевства» не было. Настоящая история всячески замалчивалась и искажалась.
Первое постановление правительства о создании в СССР баллистических ракет было подписано И.В. Сталиным 13 мая 1946 года, а 9 августа того же года приказом министра вооружения Д.Ф. Устинова главным конструктором назначается С.П. Королев — мало кому известный в то время инженер. О Королеве написано немало. Но я хочу сказать прямо: не было бы немецкого конструктора Вернера фон Брауна (создателя ракеты Фау-2) — не было бы и Королева. Именно появление в конце войны самой мощной для того времени ракеты Фау-2 дало толчок развитию нашей ракетной техники. До войны что-либо существенного у нас создано не было, за исключением пороховых реактивных снарядов для «Катюши», которые не имели ничего общего с Фау-2.
Немецкую трофейную технику как мы, так и американцы растаскивали по частям. В немецкий ракетный центр Пенемюнде наши войска вошли после того, как там уже побывали американцы. Они вывезли из Германии не только готовые, полностью собранные ракеты, но и ведущих специалистов во главе с Вернером фон Брауном. Мы же довольствовались остатками, сохранившимися деталями ракет и отдельными узлами и агрегатами, из которых требовалось воссоздать Фау-2. Так что Королев начал не с нуля, а с изучения немецкой ракетной техники.
Сроки для ее освоения были поставлены жесткие. И уже через год, с 18 октября по 13 ноября 1947 года, на артиллерийском полигоне Капустин Яр прошли испытательные пуски ракеты Фау-2. Всего было проведено 11 пусков. Наши инженеры впервые увидели ракету Фау-2 в полете и оценили ее возможности. Но мы не умели делать тогда такие большие ракеты (масса 12,7 тонн, длина 14 м, диаметр корпуса 1,65 м). Поэтому, чтобы получить опыт производства и эксплуатации крупных ракет, было решено скопировать (воспроизвести в металле) ракету Фау-2. Копия этой ракеты, изготовленной из отечественных материалов и на отечественном оборудовании, получила название Р-1. Первый старт состоялся 10 октября 1948 года. Воспроизводство немецкой ракеты Фау-2 потребовало широкой кооперации усилий НИИ, КБ и заводов советской промышленности, часть из которых переходила на выпуск мирной продукции. Достаточно сказать, что в этой работе были задействованы 13 НИИ и КБ, коллективы 35 заводов.
Послевоенный период, как известно, ознаменовался новой войной, получившей название «холодной». У нашего руководства во главе со Сталиным возникла настоятельная необходимость дать достойный ответ политическому шантажу, развязанному CША, стратегические возможности которых включали атомную бомбу и воздушную авиацию дальнего действия как средство ее доставки. Эта сложнейшая задача имела два технических аспекта — создание атомной, a затем и водородной бомбы и ракеты, способной доставить ее к цели. Атомная бомба была создана и испытана в 1949 году, а стратегическая авиация СССР не имела на вооружении самолетов, способных доставить ее на тысячи километров. Копией ракеты Фау-2 — Р-1 и последующими ее модификациями (Р-2, Р-3) до Америки было не достать.
В феврале 1953 года Сталин утвердил план работ по созданию межконтинентальной баллистической ракеты. А 20 мая 1953 года (уже после смерти Сталина) Г.М. Маленков подписал постановление правительства о создании конкретной МБР — ракеты Р-7. Встал вопрос о необходимости создания принципиально нового оружия. В последующие годы, когда власть перешла к партийному авантюристу — демократу Н.С. Хрущеву, а затем к Л.И. Брежневу, их идолопоклонники приписывали не Сталину, а им отцовство в организации работ по paкетной технике. Упрямые же факты говорят об обратном. Мощный импульс развитию ракетной техники, данный при Сталине, позволил в кратчайшие сроки (практически за два года) создать космодром Байконур (1955–1957), а в мае 1957 года провести первый запуск межконтинентальной баллистической ракеты, которая в августе того же года (с 4-й попытки) получила расчетную дальность полета. Мы получили ракету, способную долететь до США и доставить атомную бомбу.
