20 Можешь ли ты удою вытащить левиафана и веревкою схватить за язык его?
21 Вденешь ли кольцо в ноздри его? Проколешь ли иглою челюсть его?
22 Будет ли он много умолять тебя и будет ли говорить с тобою кротко?
23 Сделает ли он договор с тобою и возьмешь ли его навсегда себе в рабы?
24 Станешь ли забавляться им, как птичкою, и свяжешь ли его для девочек твоих?
25 Будут ли продавать его товарищи ловли, разделят ли его между Хананейскими купцами?
26 Можешь ли пронзить кожу его копьем и голову его — рыбачьею острогою?
27 Клади на него руку твою и помни о борьбе: вперед не будешь.
1 Надежда тщетна: не упадешь ли от одного взгляда его?
2 Нет столь отважного, который осмелился бы потревожить его; кто же может устоять перед Моим лицем?
3 Кто предварил Меня, чтобы Мне воздавать ему? Под всем небом все Мое.
4 Не умолчу о членах его, о силе и красивой соразмерности их.
5 Кто может открыть верх одежды его, кто подойдет к двойным челюстям его?
6 Кто может отворить двери лица его? Круг зубов его — ужас.
7 Крепкие щиты его — великолепие; они скреплены как бы твердою печатью.
8 Один к другому прикасается близко, так что и воздух не проходит между ними.
9 Один с другим лежат плотно, сцепились и не раздвигаются.
10 От его чихания показывается свет; глаза у него как ресницы зари.
11 Из пасти его выходят пламенники, выскакивают огненные искры.
12 Из ноздрей его выходит дым, как из кипящего горшка или котла.
13 Дыхание его раскаляет угли, и из пасти его выходит пламя.
14 На шее его обитает сила, и перед ним бежит ужас.
15 Мясистые части тела его сплочены между собою твердо, не дрогнут.
16 Сердце его твердо, как камень, и жестко, как нижний жернов.
17 Когда он поднимается, силачи в страхе, совсем теряются от ужаса.
18 Меч, коснувшийся его, не устоит, ни копье, ни дротик, ни латы.
19 Железо он считает за солому, медь — за гнилое дерево.
20 Дочь лука не обратит его в бегство; пращные камни обращаются для него в плеву.
21 Булава считается у него за соломину; свисту дротика он смеется.
22 Под ним острые камни, и он на острых камнях лежит в грязи.
23 Он кипятит пучину, как котел, и море претворяет в кипящую мазь.
24 Оставляет за собою светящуюся стезю; бездна кажется сединою.
25 Нет на земле подобного ему; он сотворен бесстрашным.
26 На все высокое смотрит смело; он царь над всеми сынами гордости.
Левиафан не единственное хтоническое морское чудище, которое появляется на страницах Библии. Внимательный читатель заметит, что в первой главе Книги Бытия упоминаются не только «рыбы морские», но и — в синодальном переводе — «рыбы большие». В других переводах они прямо именуются «морскими чудовищами», а в Септуагинте — драконами. В иудаизме они называются
Карточка с созвездием Кита из набора «Зеркало Урании». 1824 г.
Вы когда-нибудь задумывались о том, почему изображения, соответствующие древнему созвездию Кита, абсолютно непохожи на всем известное млекопитающее? Дело вовсе не в прихоти астрономов или художников. Cetus — Цет или Кет, он же древнегреческий κῆτος («морское чудовище») — большой монстр, с которым приходится сразиться Персею, чтобы спасти Андромеду. Кета изображали и описывали как змееподобную рыбу или химеру с головой пса и телом дельфина. Он фигурирует не только в контексте мифов о пожирании прекрасных девушек — верхом на кетах ездили нереиды.
Таким образом, называя кита китом, мы зовем его — буквально! — «чудовищем».
