Штурман совсем забыл о своем состоянии, о крахе экспедиции, ломая голову над загадкой. И тут внезапно вспомнил о "безумных идеях" космологов конца XX и начала XXI века. Гипотеза их утверждала, что "в мироздании, которому нет ни начала, ни конца во времени и пространстве, вечно эволюционирует не поддающийся воображению людей Клубок "малых" вселенных (подобных нашей, "видимой" глазом и приборами). А в этом Клубке существуют почти "замкнутые на себя" вселенные — так называемые "схлопнувшиеся миры". Они возникли вместе с нормальными мирами пятнадцать миллиардов лет назад — на заре рождения Космоса. Тогда все его вещество, сжатое до размера маковой росинки, которая весила квадриллионы миллионов тонн в одном кубическом сантиметре, взорвалось (так называемый Большой Взрыв). Маковая росинка мгновенно распухла до размера нашей "видимой вселенной" — продолжает распухать сейчас! До сих пор "разбегаются" от точки Взрыва тысячи галактик, метагалактик, "малых вселенных". В отдельных зонах пространства иногда чудовищно возрастает сила тяготения — гравитация; опять начинается сжатие вещества Космоса — и рождаются "схлопнувшиеся миры". Самое поразительное их свойство — это "двуликость". Если наблюдатель смотрит на такой мир извне, тот выглядит как микроскопический объект! Но стоит наблюдателю каким-то образом проникнуть в "схлопнувшуюся вселенную", он окажется в огромном космическом мире — подобном нашей Галактике.
"Неужели мы с Сергеем проникли именно в такую, "полузамкнутую на себя", вселенную? — подумал Ыхлас. — Вот это будет действительно "эврика!", как говорит Сергей. Тогда все сходится, все понятно: с космолета, летящего вне "схлопнувшегося мира", мы видели в рефрактор крохотную Зеленую точку. Потом непонятно как, а может, не без помощи "космитов", наш корабль оказался внутри "малой вселенной". Космолет, видимо, сбит, скорее всего ударом сверхтяготения на границе "мира Зеленой точки", а не какой-то там пушкой или другим оружием".
Душу Ыхласа охватила неизбывная тоска. На родной земле могут никогда не узнать, куда исчезли "Циолковский" и их космолет. Во-первых, потому, что Ыхлас беспомощен и заточен в изолированном отсеке "Пулково". Сергей, возможно, погиб… И вскоре погибну я — либо от голода, либо от удушья. Рано или поздно запасы кислорода в отсеке кончатся. Но я обязан выжить! Надо любой ценой выбраться отсюда". "Ну, а дальше?! — промелькнуло в глубине сознания. — Допустим, выберусь. А пригодна ли для человека среда обитания в этом мире? Есть ли тут кислородно-азотная атмосфера, белковая пища, только не всякая, а земного состава: аминокислоты, углероды и-те-пе? Грубо говоря, что ты будешь кусать?.. То-то! Ничего, найдется выход, — успокоил сам себя Ыхлас. — Из любой ситуации есть какой-то выход".
Текло время. Вдруг Ыхлас почувствовал, что кто-то следит за ним через боковой иллюминатор. В багряном свете, падающем на полусферическую стенку обсерватории, мелькнула чья-то размытая тень. И тут же исчезла. Острый слух штурмана уловил даже слабый шорох шагов извне. "Что это было? Самовнушение или галлюцинация? Попробуй, проверь…" — подумал Ыхлас.
Ыхлас добрался с трудом до иллюминатора и приклеился лбом к стеклу, пытаясь разглядеть что-нибудь. Конечно, никакого существа Ыхлас не увидел, зато был вознагражден зрелищем цветущей местности, заросшей экзотической растительностью. Причудлив был вид деревьев: у них были кроны, похожие на шапки-кубанки, и зеленовато-красно-фиолетовая листва. В целом, дерево напоминало громадные тельпеки, хотя отдаленно смахивало и на плакучую иву. Корни деревьев далеко распластались по грунту сине-зеленой окраски и казались огромными водяными змеями.
Невысоко над горизонтом висело какое-то светило. "Вероятно, спутник? — подумал Ыхлас. — Да, та самая Ледовая планета, которую мы видели, подлетая". — Он скосил глаза налево и увидел озеро, на противоположном берегу которого зеленели высокие холмы. Падая на зеркало воды, яркие лучи Ледовой планеты рождали красивую световую дорожку. То было поистине волшебное зрелище!
Растения словно были облиты жидким серебром. На самом деле, то были сверкающие в лучах Ледовой планеты росинки. А может, и не роса это вовсе: понять Ыхлас не мог. "Но впечатление ошеломляющее, — думал он умиротворенно. — Словно жизнь тут кипит и переливается через край от избытка сил".
Вблизи от Ледовой планеты он приметил еще две небольшие розовые точки-звездочки. "Скорее всего, это спутник Объекта, а может, и часть звездной россыпи этого мира — целой Галактики, вроде нашей". Тусклый красноватый свет "звездочек", освещая Объект, придавал всему вид прекрасно оформленной театральной декорации.
